... всему кругу.

Никитин стремглав бросился к посту управления.

- Приказано готовить машину, - сказал он Феде, повторив распоряжение с мостика. - Еремеича надо предупредить... А скажи, Великанов, правда, что твой дядя, Фомичев, - депутат в Народном собрании, дела вершит? - В голосе Никитина послышалась насмешка.

- Как будто, - нехотя ответил Федя, - а какие там у них дела - не знаю.

- Слышал, твой дядя вместе с нашими правителями Меркуловыми в одной... в одной партии состоят, в демократическом союзе, что ли?

- Не знаю, не знаю, - повторил Великанов, - я в партийных делах не разбираюсь.

`Ну и штука получилась! - досадовал он. - Без дяди мне бы на пароход не попасть. А его здесь меркуловцем считают, сторонятся, не доверяют. Ведь так и обо мне подумать могут... Со стороны взглянуть - и правильно: яблоко от яблони недалеко падает`.

- Вот что, друг, - заторопился машинист, - побудь здесь, я в момент за Еремеичем сбегаю. - Не ожидая ответа, Никитин ринулся вверх по лестнице.

Федя посмотрел по сторонам Он остался один в просторном помещении машинного отделения. Вздыхает где-то в глубине паровой насос. Секундная стрелка на медных часах у поста управления бегом заканчивает круг...

Внимание Великанова снова привлек захватанный руками в машинном масле журнал на конторке.

Федя подошел, раскрыл его и замер от удивления: там лежала тоненькая книжка, которую юноша видал во Владивостоке. `Что де...

... ветил Молчанов, - солдаты ждут обещанных вами пополнений. Прошу учесть, терпение человеческое не бесконечно.

- Гм... пополнения... - Дитерихс пожевал губами. - Никольск должен был отправить вам двести человек.

- Спасибо, ваше превосходительство. И это все?

- Гм... В настоящее время, - запнулся правитель и облизнул кончики пальцев.

- Новобранцы - сомнительное приобретение, хуже этих лихих анархистов. Они пропитаны большевистскими идеями, - подал голос молчавший до сих пор полковник Курасов. - Как бы они не обработали наших солдат. - Он смотрел на генералов, едва скрывая неприязнь. `Игра в воевод земли русской... Неужели они не понимают, что наступил конец, са-мый-самый конец? Нет, понимают, но продолжают разыгрывать свои роли как ни в чем не бывало. Это еще отвратительнее`.

- Да, да, - подхватил Дитерихс, - действительно, как бы они не повлияли на ваших солдат, дорогой генерал.

- Владивосток дал на фронт всего сто шестьдесят человек, но они, пожалуй, еще опаснее, чем Никольские, - опять вставил Курасов. - Мобилизация срывается. Молодежь состоятельных родителей скрывается в Харбине, рабочие бегут к партизанам.

- Хотите анекдот, ваше превосходительство? - сказал генерал Молчанов начальнику штаба. - Самый горяченький: `Что такое армия? Собрание людей, не сумевших уклониться от воинской повинности`... Недурственно, а?

Дитерихс с кислой миной посмотрел на генералов.

- А как на...

... и.

Федя решил, что скрывать ему нечего. Он прямо посмотрел на дядю.

- Я

- Врешь... Откуда тебе знать... А если сам, расскажи, что ты сделал.

Федя обо всем подробно рассказал.

- Только не я один, мы с Никитиным вместе, - закончил он. - Мне тебя жалко было, дядя Коля, а иначе я не мог. Интересы революции должны быть выше личных.

- Эх-хе-хе! Опозорил ты меня, Федор, ведь теперь смеяться надо мной будут... - Николай Анисимович не обратил внимания на `интересы революции`. И почти тут же неожиданно добавил: - А Петьку Безбородова как собаку пристрелили... Никитин... Что Никитин - тоже, как и ты, щенок... Если бы не Безбородов, все ваши штучки в тот же день на чистую воду вышли... Да, обвели вы меня, старика. Правду, видать, мне покойник говорил: `Если весь народ зубы оскалил, не спорь, а подумай, с кем ты`. И я думаю, Федор, думаю. Вот ты сумел дорогу прямую сыскать...

Николай Анисимович опустил кудлатую голову на большие натруженные руки.

- Ты молодец, дядя Коля, вернулся на пароход. Никто над тобой смеяться не посмеет - не дадим, - сказал Великанов. И тихо вышел из каюты.

Дядя разбередил Федино сердце напоминанием о Безбородове. Юноша снова видит, как машинист что-то прячет в промасленный журнал... Он читал Ленина... Великанову тогда так хотелось поговорить с Петром Еремеевичем, попросить совета, помощи. Не довелось. А теперь понял: он и так им помогал, понял, почему ему с Виктором сош...