... чего -- актрису попудрить...

-- Больше тебе этот продюсер не звонил? -- Лизавета старалась не упустить ни одной подробности. Марина отрицательно покачала головой:

-- Нет, и вообще он `продюсер` только по названию, нас Новоситцев нанимал.

-- Как ты думаешь, сколько он ей заплатил?

-- Не знаю. -- Марина сделала большие глаза. -- Честно не знаю. Тут как кто договорится. Я даже не представляю, сколько Леночке платил Новоситцев!

-- Лизавета была убеждена, что гримерша говорит правду: западная манера хранить в секрете собственные гонорары прижилась у нас на удивление быстро.

-- Вроде все. Ты понимаешь, что если кто-то узнает о нашем разговоре, то этот продюсер уйдет в подполье и мы ничего не выясним про Леночку?

-- Понимаю, что я -- маленькая? -- возмутилась Марина.

-- Все зависит от тебя -- никому, ни одной живой душе!

Люди любят, когда от них зависит `все`, и Марина охотно согласилась хранить тайну, даже от соседок по гримерке.

-- Ясно. Значит, договорились -- никому...

-- Да что ты, как рыба... -- На том они и распрощались. Но Лизавета знала, что о командировке в Выборг и отъезде Леночки с продюсером Новоситцева в гримерке и костюмерной узнают практически немедленно. Иначе на телевидении не бывает. Здесь секрет -- это то, о чем рассказывают не всем подряд, а только десятку особо близких друзей. Зато была надежда, что каждого посвященного Марина предупредит и...

... ире, где мирно жили Лизавета с бабушкой.

Нетронутой оказалась только тяжелая мебель -- шкафы и серванты. Все остальное -- книги, бумаги, одежда, белье -- валялось на полу. В полном беспорядке. Не осталось ни одного квадратного сантиметра голого пола -трудно представить, что все эти вещи помещались в небольших в общем-то шкафах и стояли на немногочисленных полках. В фильмах последствия таких погромов смотрятся даже живописно -- видна работа художников и декораторов.

Здесь же о внешней стороне дела никто не заботился. Люди явно что-то искали, а для быстроты швыряли ненужное на пол.

-- Дела... -- легонько свистнул Саша Байков. -- Никогда ничего подобного не видел. Надо позвонить в милицию.

Он пошел к телефону и набрал заветные `02`.

-- Здравствуйте, я хочу сделать заявление насчет квартирной кражи. Моя фамилия? Или хозяйки? Елизавета Зорина... Да... Да, вы правильно догадались, журналист... -- Он продиктовал адрес, повесил трубку и подошел к Лизавете.

-- Они передают звонок в отделение. Сейчас кто-нибудь приедет. Посмотри, что пропало.

Лизавета вскочила, будто ошпаренная.

-- Масон! Где Масон?

Масоном или Масонкой -- в честь декабристов, как любил шутить Саша, -звали Лизаветиного с бабушкой любимца -- сибирского кота неописуемой красоты. По крайней мере, Лизавета сумела убедить всех, кто бывал у них в доме, что Масон -- существо невероятно красивое.

Лизавета ...

... от домашнего магнитофона. Так что если кто хотел посодействовать в уничтожении улик, то налета только на наши комнаты явно недостаточно.

-- Как сказать, как сказать, -- бросил реплику крепыш.

Лизавета терпеть не могла подобные псевдомногозначительные высказывания.

-- Так и сказать, что в данном случае ваши подозрения безосновательны!

-- Не уверен. Кто может изъять кассету из архива?

Лизавета промолчала.

-- Я все равно знаю! Ваше руководство! -- Он победоносно подмигнул. -И репортаж могут изъять, и любую другую кассету из архива! А вот вы бы свой материал не отдали. И Маневич бы не отдал! Так?

Отвечать не хотелось. Отчасти, только отчасти милиционер был прав. У них и правда были случаи бесследного исчезновения видеоматериалов.

Сотрудники, беседуя шепотом, подозревали кое-кого из начальства. Но бежать с подозрениями в милицию? Фи! Однако крепыш с челкой говорит очень уверенно -неужели кто-то из своих проболтался?

Впрочем, Лизавета очень сомневалась, что к погрому причастны их же телеруководители или те, кто решил любой ценой защитить лицо, пострадавшее от их репортажа. Разоблачение, что называется, состоялось. Задний ход включить невозможно. Можно подать в суд. Тогда там потребуют видеоматериалы.

Их пропажа, разумеется, доставит начальству несколько неприятных мгновений.

Но в конце концов Маневич смотается в Москву и снова побеседует со своим следов ...