... легчением сообразил:

ничего не привиделось, все было... Протянув руку, нашарил пачку, сунул в рот сигарету и с наслаждением втянул полной грудью первый утренний дымок.

Надел очки и, прошлепав босиком к тумбочке, достал обретенное вчера сокровище. Ни жена, ни дочка не входили в комнату, если считали, что он спит, так что ненужных свидетелей опасаться не приходилось.

Несколько минут он играл пистолетом, как ребенок - только что подаренной, давно желанной игрушкой. Вынул обойму, несколько раз взвел затвор и спустил курок, вышелушил все до одного патроны и снова старательно наполнил обойму.

Указательным пальцем отогнул занавеску, посмотрел вниз, во двор.

Сосед - тот, что когда-то приставал к Лике и был научен уму-разуму, - стоял у зеленой лавочки, о чем-то болтая с двумя словно бы двойниками: такие же куртки, спортивные мешковатые брюки, бритые затылки, громкие уверенные голоса...

Первая пуля ему и досталась - в лоб, навскидку. Потом был убит тот, что стоял справа, с синей сумкой на плече. И,наконец, свою пулю получил третий.

Они безмятежно курили, похохатывали, не подозревая, что за окном третьего этажа только что трижды щелкнул вхолостую направленный на них германский взаправдашний пистолет. Родион, оскалясь, еще какое-то время смотрел на них поверх ствола, пока не пресытился зрелищем. Вставил обойму и, не загоняя патрона в ствол, убрал пистолет вместе с кобурой на самое дно тумбочки, завалив сверху старым...

... Примерно через четверть часа он, оставив машину в заранее присмотренном месте, быстрым шагом входил во двор. Пока ехал сюда, пару раз попадались деловито мчавшиеся по ночным улицам под вой сирен и мельтешение цветных огней милицейские машины - но потрепанная `единичка` внимания не привлекала, словно сделалась невидимой.

Он остановился во мраке, под широкой аркой, держа в левой руке канистру, где плескалась пара литров `девяносто третьего`. Огляделся. Двор, из-за малых размеров и плотно обступивших его семиэтажных `сталинок` напоминавший колодец, был погружен в темноту, и ни единой живой души там вроде бы не присутствовало.

Светились несколько окон, выходивших во двор - и этого было достаточно, чтобы рассмотреть вагончик на высоких колесах, стоявший рядом с ним тот самый БМВ и еще парочку машин, вроде бы подержанных `японок`.

Можно работать, пожалуй... Осторожно, без малейшего бряканья поставив канистру, Родион натянул маску, хлопнул себя по карману, убедившись, что спички на месте, тихим размашистым шагом направился к вагончику. Из-под ног шарахнулась кошка, он вздрогнул, тихо выругался. Потрогал дверь вагончика, высоко подняв руку над головой. Заперто. Ничего, если облить стены, получится не хуже, чем у достопамятного императора Нерона с вечным городом Римом...

Осторожно, чтобы не плеснуть на одежду, освободил крышку канистры.

Примерился.

- Стой, мать твою! - раздалось у него за ...

... ловно бы всегда закрыто - но отчего-то не прогорало. Вот оно что оказалось...

Проехал мимо, не выделяясь из потока. Кафе было устроено в маленькой квадратной пристроечке, одним срезанным уголком прильнувшей к кирпичной девятиэтажке, - вроде в доме, но в то же время отдельно. Светлые шторы, как всегда, задернуты, внутри горит неяркая люстра, на стене рядом с входной дверью - мастерски вырезанный огромный барельеф из полированного дерева, изображающий бородатых казаков, сгрудившихся на носу крутобокой ладьи с выгнутым парусом. Красивый барельеф.

Проехав мимо, Родион свернул на параллельную улицу и загнал машину на стоянку возле кондитерской. Попутные автомобили, как один, пролетели мимо, не останавливаясь. Слежки не было. Нынешняя мода намереньям Родиона как нельзя более благоприятствовала. Широкое и длиннополое пальто колоколом надежно скрывало висевший дулом вниз коротенький автомат и заткнутый за пояс магазин.

Обогнув мусорные контейнеры, он подошел к невысокой бетонной приступочке - четыре ступеньки без перил - поднялся к черному ходу. Зажмурившись на миг, прошептал, обращаясь к тем, кто хранил его последние дни:

- Выручайте, мои хорошие... Насчет души мы подумаем...

И решительно потянул дверь на себя. Незаперта. Короткий темноватый коридорчик, загибающийся влево. Шаг. Шаг. Шаг. За поворотом - широкий проем справа, оттуда пахнуло жаром и вкусными запахами. Небольшая кухня. Видны две жирные ...