... м. Тут я его понимаю. И если я изредка берусь пересказывать события его словами, то лишь потому, что мне необходимо наиболее точно передать ЕГО впечатления от происходящего. Безусловно, с соответствующей корректировкой текста Водилы!

Не из ханжества, как вы понимаете. Из элементарной чистоплотности, свойственной всему Котово-Кошачьему племени - от саблезубых Тигров древности до сегодняшнего бездомного Кота-Бродяги.

- ...мы, понимаешь, с Вебером расшнуровываем задник у фуры, а там, бляха-муха, сидит моя золотая Кыся и умывается, б...!

`Черт подери! Да заткнись ты! Неужели ты, дубина стоеросовая, не понимаешь, что я не так уж просто залез в фургон!` - с изрядной долей раздражения подумал я.

- Слушай, Кыся... Кстати!.. - вдруг насторожился Водила. - А какого хера ты вообще туда полез?

Ну, все... Услышал Господь мои молитвы. Мы - в Контакте!

Теперь осторожненько, небольшими щадящими порциями мне нужно поведать Водиле обо всем, что мне известно. И выработать совместный план действий... Только очень осторожно! Иначе переизбыток информации, идущей от меня, как от более сильной Личности, может Водиле только повредить.

Заклинит, и все тут!.. Мне об этом Шура читал в книге доктора Шелдрейса.

- Уж не подложили ли мне чего-нибудь такое в фуру, когда загружали мою тачку этой е..аной фанерой? - подозрительно прищурился Водила. - В той ликеро-водочной шараге, мать их...

Нет, Водила определенно талантлив!...

... лся за нами следом.

`А мне и в квартиру уже не нужно было заходить! Я уже здесь, на лестнице почувствовал Шурины запахи!..

Ноги у меня подкашивались от волнения и страха, я принюхивался изо всех своих сил, стараясь уловить хотя бы малейший запах самого страшного...

Но нет. Пахло Шурой, пахло НАШИМИ книгами и фотографиями, Шуриной одеждой... Пахло, в конце концов, МНОЙ!!! Моими запахами, которые не выветрились из Шуриной жизни даже за эти несколько месяцев...

Как только Старик открыл ЭТУ квартиру, то все тончайшие оттенки запахов, которые я почувствовал еще на лестнице, обрушились на меня такой мощной волной, что я, не помня себя, словно в бреду заметался по совершенно незнакомой мне маленькой американской квартирке среди родных и близких мне НАЩИХ ленинградских вещей!..

Уйма картонных коробок с книгами повсюду стояли почти до потолка. Какие-то были уже распакованы. Валялись и уже висели на стенах масса НАШИХ любимых фотографий, рисунков, карикатур на Шуру, на меня с Шурой и пара картинок масляными красками... Все это в разные времена было подарено нам с Шурой нашими знакомыми и Шуриными собутыльниками-художниками...

Над каким-то чужим диванчиком висела самая лучшая моя фотография величиною с кухонный поднос. Года три тому назад Шура снимал меня на нашем пустыре. Истратил целую пленку, а потом мы вместе с ним отбирали лучший снимок из контрольных отпечатков, которые ему сделали в лаборатории одной ...

... ретения пороха и первых китайских переселенцев в Сан-Франциско...

Джек, в свою очередь, поведал Питу о том, что вчера, пока мы были в гостях у Морта в Пасадине, здесь, в нашем бунгало был произведен обыск. И попросил меня пересказать Питу мое видение во всех подробностях, стараясь не упустить ни одной детали.

Что я и сделал, под синхронный и добротный перевод Тимурчика. Хотя, надо отметить, что во время своего рассказа, я несколько раз ловил на себе испуганный глаз Пита Морено.

Так обычно, НЕ ВЕРЯ САМИМ СЕБЕ, на меня смотрят Люди, невольно начинающие ПОНИМАТЬ МЕНЯ безо всякого перевода на тот или иной язык!

А в том, что Пит уже стал полегоньку врубаться в то, что я говорю по-Шелдрейсовски, у меня сомнения не было. Поэтому я, молча, внутренне, только мысленно пожелал ему успокоиться и быть повнимательней. И все. Пит и успокоился Вот в этом я могу дать Кашпировскому десять очков форы!

Что это такое - `десять очков форы`, я и понятия не имею. Знаю только, что так надо говорить, когда уверен, что в чем-то ты лучше всех остальных на свете.

Когда начали собираться на выезд, я просквозил в спальню - проведать Братка.

Тот уже очухался от наркоза, содрал, сукин сын, бинты с покалеченной задней лапы и вовсю лечился Древне-Котовым способом, идущим из тьмы веков - наверное, еще от саблезубых Тигров. Он просто языком зализывал свою рану.

- Жрать охота, Шеф!.. - капризно сказал Браток.

О, черт по...