... иголки мелькают в руках невидимой швеи, сшивая прозрачный жаркий воздух, а за ними мелькают две нитки. Черная и белая.

Разрубленное пополам белое тело упало на песок, заливая его потоками крови. Дусул отошел в сторону, отирая пот со лба.

Серебряные молнии и голубые искры окутали лежащего, подтягивая половинки друг к другу. Резкий поток обрушился на чернокожего, сбивая с ног, поднял с земли тучу пыли и человеческие останки и, поддерживая, соединил в одно невредимое тело. После этого, свернувшись в воронку, ветер стих так же внезапно, как и возник.

- Ты самонадеян и глуп, асарус, - взревел восставший противник, поднимая с земли свой короткий широкий меч.

Битва закипела с новой силой. Ятаган скользнул по рукоятке вражеского меча. Оружие выпало из рук белого воина, пройдя одним молниеносным рывком сквозь отрезанные и моментально вновь выросшие пальцы.

- Хаким Уль-Ислам меня многому научил, - прошипел Дусул. - Ты сам сегодня убедишься в этом!..

Дусул занес над головой свое оружие. Рыжеголовый отскочил, мгновенно оказавшись с другой стороны лежащего на земле римского меча и увернувшись от страшного удара. Дусул заметил его движение и остановил клинок на полпути. Резко изменив направление, он бросил лезвие вдогонку ускользающему противнику, который, упав на корточки, уже протянул было руку к рукоятке. Сталь ятагана со свистом рассекла воздух и вонзилась в тело, раскал...

... то, что Слэн размахивал эспадоном, как обезумевший медведь, а широкое лезвие с воем резало плотный ветер, обрушиваясь на звенящие под ударами конструкции моста, - Дункан внешне незаметными легкими движениями мгновенно прорезал одежду Слэна, задевая тело и оставляя на нем глубокие кровоточащие порезы. Это длилось всего несколько мгновений. Дункан словно растворился в воздухе, превратившись в вездесущее бесплотное облако.

Через несколько мгновений Мак-Лауд остановился перед Слэном, который все еще попусту размахивал своим тяжелым мечом. Остановился и Квинс. Он окинул себя беглым взглядом и понял, что все его тело изуродовано сетью порезов и что шрамы еще долго не дадут ему возможности выглядеть так, как он привык. Бессильный что-либо предпринять, он взвыл. По его лицу было видно, что он решил либо отомстить, либо умереть. Сжавшись разъяренным леопардом, он бросился на Дункана, который, казалось, совсем не ждал его атаки, - так спокойно и равнодушно было его лицо. Он стоял напротив, расслабленный, и ни он, ни его меч не внушали даже тени страха.

Слэн неумолимо приближался, держа наперевес свой огромный клинок, а Мак-Лауд стоял и смотрел на него, отчужденный, словно из другой галактики.

Внезапно он молниеносно отошел в сторону и просто опустил катану горизонтально на высоту талии. Слэн пронесся совсем рядом, пропуская через свое тело мерцающий луч катаны. Его истошный вопль сменился глухим ...

... тупил правильно.

- ...Обо всем ты подумал, ученик мой, - сказал тогда Рамирес, и веселые морщинки разбежались от уголков его глаз.

- Лишь одно забыл. Самое простое.

Конан озадаченно нахмурил лоб:

- О чем забыл я, Учитель?

- Олени меняют корону своих рогов каждый год! Значит, если и встретишь еще раз своего крестника - не узнать тебе его!

И звонко захохотали после этих слов и Учитель, и ученик. А потом Конан задорно вскинул подбородок:

- Ничего! Быть может, я этого самца еще в нынешнем году разок догоню!

Еще прежде, чем он рога сменит...

И снова хохотали они: один - сидя в седле, другой - стоя перед ним...

А в нескольких шагах от них поднимался с земли отдышавшийся ветвисторогий красавец.

Уже без страха поднимался...

Да, когда Учителем был Рамирес - было так...

А когда Конан стал Учителем - иное испытание он придумал для Дункана.

Бежал Дункан рядом со всадником, стараясь не отстать.

Сперва - за холку коня придерживаясь. А потом, научившись владеть не только мышцами своих ног, но и управлять дыханием, - уже без всякой поддержки.

И уже где-то через неделю, когда полностью раскрыл свою Силу ученик, - около трех часов могли продолжаться такие гонки, но не больше.

Не больше. Потому что уставал.

Не Дункан уставал - конь...

Лошадь выносливее оленя, но даже она не в силах держать большую скорость свыше трех часов. Иначе - запалится...