... гитов. Но большинство юношей из аула, узнав об этом, ушли в горы. Тогда басмачи сожгли их жилища и перебили всех родственников.

Отряд расположился в старых байских конюшнях на окраине аула.

Оставшиеся в живых жители испуганно шарахались в сторону, когда кто-нибудь из бойцов отряда заговаривал с ними. Шамурад-хан предупредил, что головы полетят с плеч за разговоры с красными. Мрачными ходили по аулу Рахимов, братья Оразовы, Мамедов. А новичок спокойно смотрел на трупы и обожженные камни. Лицо его по-прежнему было бесстрастным.

Нетрудно было заметить, что Чары Эсенова в ауле знают. Жители смотрели на него не то со страхом, не то с тайным почтением.

Под вечер следующего дня, во время чистки коней, к Телешову подлетел Мамедов и зашептал что-то на ухо, указывая камчой в сторону гор.

-- Ты не ошибся? -- спросил Телешов.

-- Не ошибся, -- загорячился Мамедов. -- Он с обеда собирался...

Карабин проверял. Подпруги затягивал. Я давно за ним смотрю!..

По приказанию комиссара, Димакин, Телешов и Мамедов выехали из аула и поскакали к горам. Когда поднялись на первый пригорок, Мамедов показал вперед. В наступивших сумерках ясно был виден всадник, двигавшийся спокойной рысью вдоль ущелья. Подтянули поводья и поскакали вслед за ним. Когда стали нагонять его, Димакин придержал коня и сделал предупредительный знак рукой.

Поехали тоже рысью, держались в полукилометре от Чары Эсенова. Луна вставала з...

... посмотрел на него, что Чары ощупывал у пояса нож.

Один раз Мамедов сквозь зубы сказал, что видит его мысли, как в чистой воде, и все равно до него доберется. Чары ничего не ответил. У него была своя цель, и он не хотел отвлекаться от нее. Ради нее он переживет все.

Но в соседнем взводе неожиданно увидел Чары двух братьев-туркмен. Они были чистые иги; прямые, с ровной походкой, несросшимися бровями, белолицые и крутолобые. Братья были, пожалуй, еще большие иги, чем род Ильяс-хана.

Вопреки законам пустыни, Чары возненавидел всех игов. Впервые это чувство возникло у него там, на соленом озере, и окрепло во время долгих одиноких скитаний в горах. И когда давно позабывшие в Красной Армии о своем превосходстве братья Оразовы подъехали к нему и весело его приветствовали.

Чары не сдержался и угрожающе потряс карабином.

Братья отъехали от него и больше с ним не говорили. Но Чары ждал теперь от них мести. Он знал, что проявил невоспитанность, грубо говоря с игами, и что рано или поздно по закону пустыни последует возмездие. В этом Чары не сомневался.

Прошло еще несколько дней. Нетрудно было выросшему в седле человеку научиться кавалерийскому строю. Он сидел как влитой в седле, а лоза ложилась у него как срезанная молнией. Стрелял он, пожалуй, лучше всех в отряде...

Что же касается рассказов высокого командира, то они не интересовали Чары.

Раз нужно ходить в строю, стрелять, стоять на перекличке, он будет ...

... о новый приказ и эшелон. Отряду предписано было погрузиться в течение суток для • отправки на большую операцию в район Ферганской долины.

Тридцать человек должны были остаться на месте. Чары Эсенов полдня беспокойно ходил вокруг штаба, потом зашел и, увидев Рахимова, попросил оставить его здесь.

-- Я не буду говорить комиссару об этом, -- ответил Рахимов. -- Ты записан в список отъезжающих и поедешь с нами. Не хочешь -- уходи сразу и не возвращайся!..

Понурив голову, пошел Чары в конюшню, вывел коня и повел к вагону.

-- Чего нос повесил? Заходи на остановках чай пить! -- крикнули ему из санитарной теплушки.

Он посмотрел туда отсутствующим взглядом и ничего не ответил.

После многих рывков и толчков эшелон тронулся наконец с места. Чары, сидя на корточках у отодвинутой двери, тоскливо смотрел на далекие горы. Он оставлял здесь родной курган с крепостью и неотмщенные могилы своего рода. И Чары, качая головой в такт колесам, едва слышно, почти про себя, запел песню, что пел у колодца старый бахши...

Ничего, он уже уезжал отсюда и возвращался. И на этот раз вернется. Не уйти Шамурад-хану от его справедливой мести.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Уже полгода носится Чары Эсенов по зеленой Ферганской долине, глотает красную пыль Кызылкумов;

держа коня в поводу, перебирается через белые ледники Памиро-Алая.

Только сегодня проделал особый отряд добрых полторы сотни верст вдоль буйной Ка ...