... покрытые бархатистой кожей. К моему удивлению, на противоположном, южном склоне лес кончался чуть ниже вершины, и дальше вниз гору покрывала степь, утыканная столбиками длиннохвостых сусликов. Вдали, на скалистом отроге, стояли, глядя на меня, несколько горных козлов.

Вернувшись в город, я узнал, что Петр Дмитриевич приехал и отправляет Наташу, Игоря и Болда в большой маршрут по хребтам Хангайского нагорья и окрестностям озера Хубсугул на севере страны. `Начальником партии` назначили Наташу, к ее ужасу. Я, к сожалению, не мог составить им компанию, поскольку был ограничен во времени, к тому же меня больше интересовал юг Монголии, чем похожий на нашу Сибирь север. `Авось, свидимся еще,` - грустно сказали ребята, прощаясь.

Уже в Москве выяснилось, что их экспедиция прошла довольно успешно, несмотря на эпидемию, о которой речь впереди. Болд оказался толковым проводником, и в конце концов ребята добрались до всех мест, до каких хотели, а это в Монголии редкая удача. Правда, потом они поехали в Гоби, а когда у них кончился бензин, то выяснилось, что в стране два дня как ввели новые талоны. Ну, всякое бывает.

Весь следующий день я торчал на развилке дорог в десятке километров от Улан-Батора. До обеда пытался поймать попутку сам, ежась под периодически налетавшими ливнями и коротая время в наблюдениях за обитателями обочин - монгольскими песчанками, жаворонками и каменками. Потом удалось подружиться с диспетчером, у которого отмечались шофера всех прох...

... ь мало из-за холодных ночей.

Трасса, по которой мы ехали, в старину называлась Дорогой Ветров - она соединяла Восточную Монголию с Джунгарией. В те времена монголы практически не жили в пустыне, лишь пересекали ее по караванным путям.

Сейчас тут тоже очень мало людей: в одном из виденных нами сомонов было ровно восемь домов, а это был центр огромной территории.

У поселка Ноён (`гoсподин`) мы миновали несколько потухших вулканчиков, черных и мрачных, а несколько дальше обнаружили пятиметровый ствол окаменевшего дерева - кажется, болотного кипариса. Он и сейчас растет в поймах рек юго-востока США, вот только динозавров в кипарисовых лесах, увы, теперь не водится.

Мы свернули с дороги к подножию гор Нэмэгэту, чтобы найти котловину под тем же названием - это крупнейшее в Монголии динозавровое кладбище и очень красивое место. Но отыскать туда дорогу нам так и не удалось. Тогда мы решили в оставшееся до темноты время попытаться проехать как можно дальше на запад, в Большой Гобийский заповедник. Когда начало темнеть, впереди показался новый массив песков, а дальше - саксаульник. Мы отыскали глубокое сухое русло с относительно ровным дном, которое вело через пески.

Я аккуратно вел машину по этому узкому `коридору`, а Коолт тихо дремал.

Вдруг за очередным поворотом передо мной возник здоровенный верблюд. Будь я фанатом верблюжьих гонок, никаких денег бы за такого не пожалел:

маленькие горбы, длинные крепкие ноги, легкая голова - красавец!

Он тут же д...

... ь: над ним развевались коричневые флаги, предупреждавшие о холере. Постепенно дорога, петлявшая по скучным холмам, спустилась в столь же скучную Долину Озер - теперь я оказался на ее западном, а не восточном конце. Только раз за весь день удалось увидеть кое-что интересное.

Мы проезжали невысокий перевал, и с него открылся вид на возвышавшиеся за Долиной вершины Гобийского Алтая - Их-Богд (3957 м) и Баян-Цагаан (3452 м). Эти горы похожи на пару гигантских булыжников, слегка приплюснутых сверху. На их плато живут несколько семей монголов, почти не спускающихся вниз. Вдоль подножия одной из них тянулась странная полоса, словно проведенная по линейке. Это был один из разломов Гоби-Алтайского землетрясения, самого сильного за последние несколько веков. Следы его - трещины, вертикальные уступы и горизонтальные сдвиги - тянутся местами на сотни километров. Поскольку в то время все население жило в юртах, жертв при землетрясении практически не было.

В час ночи `душегубка` доставила нас в пункт назначения - поселок Алтай, центр Гоби-Алтайского аймака. Наградой за перенесенные тяготы нам было приготовленное в местной столовой блюдо под названием баахан - козленок, запеченный в шкуре путем вкладывания внутрь тушки раскаленных в костре камней.

В Монголии принят своеобразный способ забоя овец и коз. Животное кладут на спину, надрезают кожу под ребрами и вынимают сердце прямо в сумке. Хотя кровеносные сосуды остаются неповрежденными, сердце сразу перестает б...