... транно, что ты раб! Светлейший Тефнахт говорит, что ты знаешь много языков, знаком с жизнью разных народов.

Ты ведешь войско. А ты ведь раб... Любой может тебя ударить плетью.

- А ты? - сказал Аута, и при слабом свете по его лицу скользнуло нечто вроде горькой улыбки. Яхубен опустил глаза.

- Я не... не знаю. Но, вероятно, так хотят боги!

- Не боги, Яхубен! - тихо проговорил раб, и с лица его исчезла улыбка.

- А кто же?

Аута молчал.

Яхубен уже привык к его молчанию. Угрюмым Аута не был, да и глупым тоже, он был даже мудрым. Аута часто улыбается, по больше молчит, это свойственно его натуре. Да, но почему он не ответил на мой вопрос? Может быть, считает меня ребенком...

- Ты из тех краев, куда мы идем? - спросил его Яхубен. - Вероятно, тебя волнует, что ты идешь в свою страну...

Раб снова улыбнулся, не сказав в ответ ни слова. Яхубен почувствовал себя задетым.

- Расскажи что-нибудь о себе! - сказал он. - Да не молчи, расскажи что-нибудь, дорога станет короче.

- В любом случае дорога очень длинная, - ответил Аута. - Я не отсюда.

Родился я недалеко от влажных лесов, там, где живут карлики, на юге. Это все, что мне известно. Остальное ты сам знаешь.

- Неужели в самом деле существуют карлики?

- Да,

- А ты их видел? Они что, такие страшные и злые, как говорят о них люди?

- Злые - нет, а что уродливые, то может быть. И он снова замолчал, пока Яхубен не вспомнил о своем последнем вопросе. К...

... их, так как для Май-Баки правильный ответ был бы непонятен. И Аута нерешительно сказал:

- Они сами... Они очень хорошие мастера, и у них отличнейший инструмент...

- Тогда они боги! - прервал его Май-Бака. - Откуда они прибыли? Кажется, я слышал какой-то голос, он звал меня, но я подумал, что, вероятно, это, как обычно, гудят горы и мне все это кажется. Но я ведь не видел, чтобы вы вышли из леса. Как же вы попали сюда?

- Ты хочешь сказать, что мы пришли с неба? - сказал, смеясь, Аута. - Но ведь рабы не ходят по небу, это ты хорошо знаешь. Так что прибыли сюда, как все люди.

- Не верится что-то, чтобы Великий Жрец послал тебя с ними без ослов. Где же они?

- Пасутся в лесу, - ответил Аута, недовольный тем, что ему приходится обманывать.

Май-Бака, казалось, успокоился и стал о чем-то размышлять. Но вдруг, поднявшись резко на ноги, он спросил:

- Какое у них оружие? Аута, ты видел у них оружие?

- У них нет оружия, Май-Бака. Оно им не нужно: это мирные люди.

Май-Бака недоверчиво и удивленно взглянул на него:

- А чем же они защищаются? Как охотятся без него?

- А они не охотятся... только едят овощи, фрукты. Им не от кого защищаться. Они добрые люди, и никто им ничего не сделает плохого.

Май-Бака подумал немного и затем произнес:

- Тогда они колдуны!

- Вроде бы да, если хочешь, то колдуны, но не такие, как Тела, они скорее мудрецы, и это позволяет им искусно пользоваться сво...

... у него долгая жизнь, здоровье и сила!

Неферт с любовью смотрела на ребенка, удивляясь его знаниям, у Ауты же от удивления сделались большие глаза. Ему показалось, что он слышит странные и в то же время знакомые вещи. Тогда он спросил:

- Сколько тебе лет?

- Девять, - ответил ребенок.

- И твой отец Амено роме... из этих мест?

- Отец и мать прибыли из далекой страны, которую у нас отобрали боги и подарили нам взамен страну Та Кемет.

Аута окаменел. Поняв, что черный человек в серебряной одежде более ни о чем его спрашивать не будет, ребенок ушел. Аута долгое время продолжал молчать, пока Неферт не взяла его за руку и не попросила идти дальше.

Они вышли на широкую улицу, по бокам которой стояли высокие дома с каменными стенами. Из другой улицы выходила длинная вереница рабов и ослов, тянувших на полозьях огромные отшлифованные белые камни, Трое путников подождали, пока прошел караван, потом пошли дальше. Из небольшой улочки вышли солдаты во главе с сотником. Аута молча проводил их взглядом.

Чужеземец тоже обратил на что-то внимание и спросил:

- Аута, разве эти отсюда? Ты мне говорил однажды, что только в Атлантиде живут такие высокие люди...

Аута кивнул. Он о чем-то размышлял.

Из дома вышел здоровенный, раньше времени состарившийся черный раб. На голове он нес большую корзину с рыбой. Раб повернул голову в сторону трех путников, разглядывая с удивлением их одежду. На мгно...