... аб то и дело пробегали ординарцы с донесениями или с приказами, выскакивали обратно, садились на коней и неслись прочь.

В хате за большим столом, склонившись над полевой картой, сидели сам Буденный и могучий седовласый полковник с пышными и длинными усами, похожий на гоголевского Тараса Бульбу.

- Так вы говорите, полковник, что фланг противника - самое слабое место? - спросил Буденный, скосив глаза на старого казака.

- Эге ж, - коротко ответил тот, тряхнув чубом. - Ось тут такая низина, по которой можно ударить в конном строю. - Он ткнул пальцем в отметку на карте. Буденный усмехнулся:

- А вот здесь, на холмике, стоят `максимки` и могут порезать твоих коней, как коса траву.

Полковник почесал в затылке:

- Ось тут?.. Могут поризать... Як же будэ?

- Ударим в лоб, - решил Буденный, - вот по этой долине.

Полковник удивился .

- В лоб! Ни, так не можно.

- В лоб!-повторил Буденный, вставая. - Это слишком дерзко, зато неожиданно для врага. А для конницы внезапный удар - половина победы. Ваш полк махнет первым перед рассветом. Еще раз пошлите разведку...

- В лоб так в лоб, - спокойно согласился полковник и, вынув из кармана коротенькую трубку, стал набивать ее махоркой.

В дверь кто-то постучал.

- Войдите! - крикнул Буденный.

Дверь распахнулась, и бравый казак, взяв под козырек, вытянулся в струнку у входа.

- Ты что, Гарбузенко?

- Шпиенов привели, товарищ командующий.

- Шпионов? Вот кстати. Где ж вы их схватили? - живо спроси...

... ь в разные стороны в поисках притаившихся ребят. Часть ринулась к камню. Друзья поняли, что смерть или постыдный плен неизбежны. Овод порывисто поцеловал Мишку:

- Прощай, братишка мой, умрем вместе.

- Зачем умирать, мы еще подеремся, - ответил Мишка, закладывая последнюю обойму в маузер. - За Советскую власть!.. За Ленина! Пли!

Двое бандитов, близко подскакавших к камню, слетели с седел. Испуганные кони шарахнулись прочь, волоча по камням своих хозяев.

Беглецы были открыты... С торжествующим ревом махновцы, сверкая шашками, всей ордой двинулись на двух подростков. Овод еще раз обнял своего храброго брата и приставил дуло маузера к сердцу.

- Прощай!.

Все это произошло так быстро и неожиданно, что Следопыт успел лишь подхватить свою сестру на руки, уронив маузер. Разъяренная банда махновцев обрушилась на безоружных, нанося им удары, кто чем мог, сгоряча сшибая друг друга, задыхаясь от злобы...

- Стой, хлопцы! - спохватился командир отряда, вспомнив, что ему приказано поймать и доставить беглецов живьем.

С большим трудом ему удалось разогнать взбесившихся головорезов и прорваться к ребятам. Они лежали неподвижно, как мертвые, залитые кровью, в растерзанных одеждах.

- Собакам собачья и смерть! - злобно проворчал рябой бандит. - Однако кто же из них шпион? Они оба так изувечены, что и разобрать трудно. - Взять обоих! - приказал командир. -Но сначала отберите портфель с бумагами.

Бандиты осмотрели сумку Следопыта, всех сторон ощупали Ово...

... л он. - Хотел поймать Лисицу, и сам попал ей в зубы`. Увлекая за собой Мишку, банда скрылась в глубине леса.

В ЛАПАХ МАХНО

В селе Яблонном сегодня было необычайно шумно и весело. Десятки пьяных с бутылками самогона в руках шатались по улицам, горланя песни. В кулацких хатах шел пир горой, тут и там закипали ругань и драки. Что за диво?

Никакого праздника, даже самого маленького, в этот день не было, а кутили так, словно праздновали николу зимнего. Странна было и то, что ворота бедняцких хат были закрыты, а их хозяева старались не попадаться на глаза гулякам.

Но самый богатый пир был у первого кулака на селе Митро Забубенко, куда собралась вся местная знать: бывший урядник Нечипорук, церковный староста, трое самых богатых кулаков, старый мельник и поп Павсикакий. А вперемешку с ними на широких скамьях и в креслах сидели пестро одетые гости. Хозяева усердно накачивали их самогоном.

В центре всеобщего внимания был щуплый мужичонка с хмурым, отекшим от пьянки лицом и острым взглядом маленьких черных глаз. | Развалившись в переднем углу, он задрав ноги на край дубового стола и пил водку стакан за стаканом, как воду. Хмель, видимо, его не брал. Через головы собутыльников он смотрел в потолок и зло ворчал:

- Будь я проклят, если когда-нибудь попадался так глупо в ловушку!.. Это опять его проделка!.. Семь шкур спущу!

Он хлестнул плеткой по столу, разрезав пополам жирную кулебяку и опрокинув графин с самогоном.

Рядом с переодетым Махно (а вы уже, ...