... есть на месте.

- Слушаюсь, Филипп Васильевич! - Она поднялась. - Вернулась оперативная группа, делавшая обыск в доме номер двадцать девять на улице Воровского.

- Очень кстати. Вот прежде всего и попросите оперативную группу к Потапову, а потом собирайте всех остальных.

- Опоздали на двое суток, товарищ подполковник, - передавая протокол обыска и кипу изъятых документов, с сожалением сказал лейтенант, делавший обыск в квартире Нижника. - Ванька Каин зазнобу куда-то спровадил. Обрывок его записи в мусорном ящике нашли. Как раз оборвано на том месте, где говорится, куда он ей наказывал ехать.

- А кто она, установлено?

- Зазноба-то? Как же. Постоянная Каинова любовь - Любка-Богомолка. У нас в уголовной регистрации есть ее карточка... Последнее время не попадалась.

Думали, остепенилась, ан нет. Вещи Нижника мы описали. Вот тут список.

Решетняк просмотрел изъятые при обыске вещи и бумаги. Кроме обрывка записки, о которой говорил старший лейтенант, при беглом осмотре ничего интересного не было.

Небольшой кабинет Потапова быстро заполнился людьми. Одним из последних пришел Гайда. Он вручил Ане несколько листков. Это были последние заключения экспертов научно-технического отдела.

- Садитесь, - приказал Решетняк, сам оставаясь стоять.

Подождав, пока все усядутся, Решетняк деловито заговорил:

- Несколько приказаний. Лейтенант Потапов остается за меня. Сядете за стол Колесниковой, переклю...

... Словом, кроме найденного Рублева, еще восемь картин, которым цены нет. Надо искать, и искать немедленно.

Некоторое время все молчали, потом глухо, как бы неуверенно, заговорил Решетняк:

- Если предположить, что Николай действительно спрятал эти картины, то это могло случиться лишь после того, как меня увезли. Иначе я знал бы о них.

Погиб Николай в горах Скалистого хребта. Там и надо искать.

- Ничего вы не понимаете, подполковник милиции! - вспыхнул Проценко. - Николай же пишет: на Тамани. Там и искать.

Они долго спорили, но так и не смогли друг друга убедить.

Отряд Гудкова был рейдирующим, то есть непрерывно находился в движении.

Именно на Тамани он зародился и оттуда с боями прошел в предгорья Главного Кавказского хребта, к так называемым Черным горам и Скалистому хребту.

Однако Решетняк отверг предположение, что Гудков оставил ценности на Тамани.

Подполковник ссылался на то, что пользовался полным доверием у своего командира и не мог не знать об этом. Потом, какая надобность была прятать ценности, если с Большой землей была постоянная связь и их можно было переправить с первым же самолетом? В крайнем случае можно было шифровкой сообщить обо всем в штаб фронта.

Доводы были вескими, но Проценко упрямо не соглашался с ними. Мало ли какие соображения могли быть у Гудкова. Может, он боялся, что самолет собьют, а шифровку перехватят. Не говорил же он Филиппу в целях лучшего сохранения ...

... вижение, гитлеровцы открыли шквальный огонь, и Клава уже у самой пещеры была убита.

Гудков принес тело девушки. Вырыв ножами могилу в одной из ниш пещеры, партизаны похоронили Клаву Белую. Они даже не знали ее фамилии.

Теперь их осталось только четверо.

Исследовав еще раз коридор, Гудков решил перетащить туда тюки с картинами. Рядом положили связку из трех гранат.

Было решено, что тот, кто останется последним в живых, взорвет этими гранатами вход в коридор, где спрятаны картины.

Возник вопрос, как сообщить о местонахождении картин так, чтобы поняли свои, но не догадались гитлеровцы.

И вот тут-то Наталья вспомнила, как в юности они с Проценко шифровали переписку.

В рюкзаке у Натальи лежала книга `Три мушкетера`. На последнем листе Гудков написал письмо. Порвали карту, найденную в планшете Клавы, и в нескольких экземплярах скопировали письмо.

Оно было понятно каждому, кто прочтет. Партизаны спрятали клад. Где спрятали, мог расшифровать только Проценко, которому просили сообщить об этом письме-завещании.

Когда возник вопрос о шифрованном тексте, Гудков предложил сделать его на предварительно испорченной фляге. На непригодную флягу никто не польстится, а надпись, выцарапанная на металле, могла храниться годы.

Снова Гудков выполз из пещеры. Он положил фляжку с шифрованным письмом на камень и сверху прикрыл подобранной каской. Потом записки с открытым текстом рассовал под камн ...