... н подошёл к Глебу:

- Ну как лайнер? Так себе?

- Уйди,- сдавленно сказал Глеб, и одно веко у него заморгало.

Боря даже чуть испугался:

- Ты что?

- Отстань.

Воображает, гонит! Боря из-за него столько мук терпит, а ему хоть бы хны...

`А что, если самому...-вдруг подумал Боря,- самому добыть этот лайнер?

Нет, не получится... Но ведь он не пробовал! Надо же когда-нибудь решиться превозмочь себя!`

- Ты... ты хотел бы иметь такой? - шёпотом спросил он у Глеба.

- Стукну,- выдавил Глеб.

`Конечно, хотел бы!`-подумал Боря и отошёл от Глеба: он и в самом деле мог запросто - и почище Андрея-двинуть кулаком в челюсть или в живот; он не разбирался - куда. Только Андрей дрался редко, и при всех, и взрывался, как бомба, а Глеб - спокойно, исподтишка. Этого не знали в классе, а Боря сам видел, как однажды Глеб колотил за что-то в подворотне своего дома одного мальчонку. Глеб и раньше, до случая с лодкой, ни с кем не дружил, а теперь и подавно. Ходил в школу и домой один и за партой сидел в полном одиночестве, и это не тяготило его. Ну ни капельки! И какой злющий. И, наверно, глаза у него всегда прищурены, чтоб получше скрыть злость: в открытых глазах она всем видна, а попробуй разгляди её сквозь щёлки!

Но Боря не должен его бояться.

- А хочешь, я получу его? - сказал Боря, и в голове его неожиданно созрел план того, что он должен сделать, когда добудет лайнер. Лайнера ещё не было, а план уже был!

Глеб...

... за цифра `6`! Наконец он оторвался от оладий и встал. Между тем Костик и не думал вставать. Его губы были вымазаны вареньем, и он весело заглатывал очередную оладью, точно пеликан лягушку, только с ещё большим аппетитом. Боря даже немножко рассердился: сколько же можно?

- Смотри, лопнешь.

- А тебе жалко? - спросил отец.

- Вот ещё! - Боря примолк.

Когда мама с отцом вышли, Боря сказал:

- Кончай! Слышишь?

- Я сейчас.

И Боря ещё минут пятнадцать глотал слюну, гля-дя, как этот хитрец в отсутствие мамы загребает прямо из вазочки ложку за ложкой варенье и толстым слоем размазывает на оладьях. И когда всё терпение вышло, Боря схватил брата за руку и повёл из кухни в их комнатку. Костик со смехом стал вырываться, и в коридоре Боря отпустил его. Брат очутился против кармана с Хитрым глазом.

- Борь, а Борь!-крикнул Костик и подпрыгнул, и у Бори от испуга ёкнуло сердце и отдалось где-то в лопатке: брат взлетел чуть не на метр. Боря спросил в смятении:

- Что, что, Костик?

И увидел сияющее курносое лицо и большие серые глаза, из которых так и брызгало веселье.

- Идём посмотрим, что я нарисовал! Ну идём же, идём же! -Костик схватил его за руку и силой потащил в комнатку.

И это было так странно. Значит, этой кнопки нечего бояться!

- Ну идём же! Идём же! - Костик втащил его в комнатку, всё время высоко подпрыгивая, и раза два даже Боря взлетел с ним в воздух.

Чему он так радуется?

- С ...

... другое.

Боря съёжился, прижался спиной к стене и, не выдержав, выбежал из квартиры. За ним захлопнулась дверь.

`Что мне теперь делать? - подумал Боря.- Кто меня защитит? У кого попрошу почитать книгу?`

И всё из-за кнопки. Ни одна не хочет помочь ему. Не хочет, и всё. И сколько же будет лежать па дне пруда лодка?

На улице было тепло и солнечно.

У дома два их жильца прогуливали на поводках собак: одна-белая, мохнатая, как овца, вторая- совершенно гладкая, чёрная. Собаки дружелюбно обнюхивали друг друга, и морды у них при этом были улыбчивые. `Умницы`,-подумал Боря и уставился на них.

И в ту же секунду собаки зарычали, бросились друг на друга, залязгали зубами, и в стороны полетели клочья шерсти-белой и чёрной. Боря отско-чил к подъезду, а хозяева закричали на них, натянули поводки и, упираясь каблуками в тротуар, стали растаскивать разъярённых собак.

`Пойду-ка я лучше домой`,-подумал Боря, вспомнив вдруг огромные, полные ненависти На-ташкины глаза и крики Костика. Он твердо решил ни на ком больше не пробовать приборчик. Никогда. Ни за что. Хватит того, что было!

Переступив порог квартиры, он переложил приборчик в задний карман. За столом, как и вчера, было шумно. У мамы, отца и Костика было хорошее настроение. И только мама слегка рассердилась на Борю за то, что уже пятый день не может он вымыться в ванной,- неужели и об этом надо просить?

- Мама, ну хоть сейчас! - сказал Боря.

- Очень х ...