... .. Какой он Шапка! Штаны он, а не Шапка. И не председатель-голова, а это самое... Он у меня вот здесь. - Кныш показал кулак. - Я уже написал куда следует. Скоро вашему Шапке дадут по ш-шапке...

Фить - и нету... Ги-ги-ик!

Иван Иванович Шапка, председатель нашего колхоза, был очень хороший хозяин, и все у нас очень его любили. Все, кроме бездельников, лодырей и пьяниц, которым он спуску не давал. И Кныш все время писал на Шапку жалобы и заявления, куда только можно. Причём писал всегда так, чтобы люди видели.

Открывал ворота, выносил на двор стол, садился и, как школяр, склонив набок голову и высунув язык, царапал что-то на бумаге.

- Опять пишет какую-то собаку, - насмешливо говорил дед Варава.

Жалобы Кныша, конечно, вреда председателю никакого не приносили. Но у людей тёмных вызывали к Кнышу уважение и даже боязнь - раз человек пишет, значит, силу имеет. Когда-то, говорят, Кныша из-за этих заявлений даже разумные люди боялись. Это делало его в наших глазах ещё более таинственным и загадочным.

И уж совсем мы сбились с толку после одного случайно услышанного нами разговора...

Дело было в Киеве, куда мы всем классом ездили на экскурсию во время зимних каникул.

Как-то раз, когда наши направились на концерт в филармонию, мы с Явой `на минуточку` отстали, чтобы сбегать посмотреть на `чёртово колесо`. (Хотя оно зимой и не работает, но всё равно интересно.)

Побежали, покрутились возле `чёртова ко...

... Вот тебе и ну! Дрался я. Так дрался, как никогда в жизни! Думал, что погибну. Вот видишь... - Он ткнул пальцем в царапину на щеке, потом задрал рубаху и показал синяк на боку.

- Ну? Ну? - с нетерпением спросил я. - Как же это были?

- Погоди. Я всё по порядку... - И Кукурузо стал рассказывать мне то, что вы уже знаете.

Когда же он дошёл наконец до описания драки с незнакомцем - как тот лягнул Кукурузо, как затем упал на него и начал царапаться, - у меня в животе вдруг что-то засмеялось, прощекотало в горле и вырвалось изо рта коротким хихиком. Кукурузо обиженно хмыкнул:

- Ты что - дурной? Тебе, конечно, смешочки. Попробовал бы ты,

- А ну повтори ещё, как всё было - про эту драку, попросил я. Кукурузо повторил. Я покачал головой, вздохнул и сказал:

- Это я был.

Кукурузо уставился на меня как баран на новые ворота, потом молча сложил кукиш и поднёс к моему носу:

- На!

Я отвёл его кукиш и повторил:

- Это точно был я... Смотри. Я отвернул штанину и показал на ноге под коленом здоровенную ссадину. Твоя работа.

И я рассказал ему всё, что случилось со мной этой ночью. Кукурузо только глазами хлопал.

- Так выходит, что это... что это... мы с тобой дрались?.. А мне показалось, что был кто-то здоровенный такой...

- А мне, думаешь, нет. Прямо великан! Мы глянули друг на друга и захохотали. Вот здорово!.. Вот это да! И как я мог не узнать тебя? А я? Хоть бы слово сказал. А ...

... й быть верным другом!

И ещё я подумал: `А умеет ли Гребенючка танцевать казачок?` И почему-то решил, что, наверное, умеет...

Пока мы говорили, она опустила ведро в колодец и теперь начала вытаскивать, крутя обеими руками ручку ворота. Я сперва смотрел, потом махнул рукой: `А! Кукурузо не видит!` - и сказал:

- Давай помогу!

Она ничего не ответила, я взялся за ручку, и мы стали крутить вдвоём. Мы крутили так энергично, что ведро ударялось о стенки сруба и слышался беспрерывный плеск. Когда мы вытащили, воды было всего полведра. Мы посмотрели друг на друга и засмеялись.

- Давай ещё.

Мне было очень весело вот так, вдвоём, крутить ворот. Мы толкали друг друга, а один раз даже стукнулись лбами. И всё время смеялись. Стало жаль, когда вёдра были уже полными.

Она нацепила их на коромысло, взяла на плечо и пошла, покачиваясь. Где-то в глубине у меня шевельнулась мысль: надо бы помочь ей, донести хоть до ворот... Но на это у меня уже не хватило пороху. Я только молча смотрел ей вслед. И думал, что на необитаемом острове я бы не жил ни за что на свете.

Даже если бы мне подарили велосипед `Орлёнок`...

`Ой! - вспомнил я вдруг. - Кукурузо же просил скрипачей привезти. А сельмаг скоро закроется`.

И тут, как палкой по голове, стукнула меня мысль: `Батюшки! Да у меня же денег ни копейки! А скрипачи - девять копеек сто граммов. Что делать? Пока мать или отец придут, сельмаг будет уже ...