... но гладко!

Чувство радости, вызванное новизной и необычностью положения, наполнило все мое существо. Мне хотелось громко расхохотаться, но мысль о том, что в любую минуту может войти Мильфорд, заставила меня сдержаться.

Вынув записную книжку Норскотта, я стал просматривать те страницы, где были записаны неотложные дела. В то время моя левая рука бессознательно играла серебрянным зеркальцем, стоявшем на краю бюро.

Неожиданно еле слышный звук привлек мое внимание. Звук был так слаб, что только мой чрезвычайно острый слух мог его уловить..

Не делая ни одного движения, я взглянул в зеркало.

Длинная портьера, закрывшая нишу около камина, сзади меня слегка отодвинулась в сторону. Заметив это, все мускулы моего тела инстинктивно напряглись и сердце забилось усиленным темпом.

Вдруг к моему величайшему изумлению, из-за портьеры бесшумно появилась молодая девушка. Она была очень бледна.

Опущенные поля шляпы наполовину закрывали ее лицо, но даже в зеркале я мог заметить, что она поразительно хороша.

На миг остановившись около портьеры, она осторожно вынула из-под длинного плаща маленький револьвер и прицелилась мне прямо в затылок.

Очевидно я упал в тот самый момент, когда она выстрелила.

Звука не последовало, но я чувствовал колебание воздуха от сильного взрыва. Пуля вошла в доску бюро, как раз на той линии, где секунду назад находилась моя голова...

Это было проделано весьма ловко, но мне совсем не хотелось повторения!

Мгновенно перебеж...

... н в честности Милфорда!

- Что же нам в таком случае делать?

- Не знаю! Не могу же я поставить на ноги полицию! Нам остается только ждать, что будет дальше!

- А пока, - заметил Билли, - я посмотрю вашу руку. Он снял повязку и внимательно осмотрел мою рану.

- Зажила великолепно! - произнес он одобрительно. - Однако, мне кажется, что для верности следует оставить перевязку еще на день!

- Хорошо, вы сделаете ее мне после ванны, - сказал я. - Кстати, вы умеете управлять автомобилем?

Билли утвердительно кивнул головой.

- В этом деле я кое-что смыслю.

- Тогда вы свезете меня туда! Я вообще не слишком смыслю и опытен в обращении с машиной, а теперь с больной рукой и подавно.

- Положитесь на меня!

Мы оба приняли ванну. Затем Билли перевязал мне руку, а я одолжил ему свой бритвенный прибор.

Волнение кухарки по поводу исчезновения Мильфорда, не отразилось на качестве нашего завтрака. Отдавая ему дань, Билли был под сильным впечатлением роскошного образа жизни, который я теперь вел.

В половине одиннадцатого я услышал шум мотора и, выглянув в окно, увидел Симпсона, готовящего автомобиль к отъезду.

Я выбрал два лучших костюма Норскотта: один для Билли, другой - для себя, и, с чемоданами в руках, мы сошли вниз.

- Как идет машина, Симпсон? - спросил я, когда шофер, уложив вещи, с почтительным поклоном открыл мне дверцу.

- Очень мягко, сэр, - был успокоительный ответ. - Я ездил вчера весь вечер и не думаю, чтобы автомобиль мог доставить ...

... и проницательным взором. За ним виднелось испуганное лицо моей хорошенькой горничной.

- Если мой вопрос не покажется черезчур дерзким, - произнес я учтиво, - позвольте узнать, кто вы такой?

- Я следователь Нейль из Скотлэнд-Ярда, - проговорил он отчетливо. - Я, кажется, имею удовольствие говорить с мистером Джоном Бэртоном?

Это было ужасным ударом для меня, но я перенес его совершенно спокойно.

- Ну, и что же дальше? - вопросом на вопрос ответил я.

Билли, оставив мотор, уже поднимался по лестнице.

Следователь Нейль поднял руку и опустил ее спокойно и решительно на мое плечо.

- В таком случае, - заявил он, - я обязан вас арестовать!

Я был буквально ошеломлен.

- Арестовать меня... меня... Да за какие грехи, черт возьми?! - разразился я.

- За убийство Стюарта Норскотта! - последовал быстрый и совершенно ясный ответ.

20.

Я посмотрел прямо в глаза новому знакомому и громко расхохотался: до того нелепым казалось мне то, что я услышал.

Билли сел на решетку и тоже стал смеятьься, как сумасшедший.

Лицо следователя выражало недоумение.

- Простите, пожалуйста, - вырвалось наконец у меня, - не лучше ли нам войти в дом?

Вытерев слезы, выступившие у меня на глазах от неудержимого смеха, я первым двинулся вперед. Следователь шел следом за мной, Билли замыкал шествие.

- Ну, а теперь, - сказал я, когда мы все вошли в вестибюль, - вы, может быть, будете столь любезны и объясните нам, в чем дело?

Когда я говорил, послышались тяже ...