... стро просмотрел - это были в основном каталоги, рекламные проспекты, счета. Сюда, на квартиру, корреспонденции я почти не получал, не хотел тиражировать адрес и телефон. Правда, чтоб не смущать консьержку, - как так: жилец не получает никакой почты?! - выписал несколько никчемных рекламных изданий. И сейчас, вскрыв конверты, оторвал и сжег ту их сторону, где были напечатаны адрес и фамилия; сами буклеты, даже не полистав, отложил в кучу других, пришедших на офис, чтобы утром по дороге на работу вышвырнуть в мусорный бак...

Библиотека моя здесь была небогатой - две книжные полки: три детектива в мягкой обложке - карманное издание, которые еще не прочитал (обычно, прочитав, выбрасывал), а основное - справочники, атласы. Через десять минут я уже выписал на листок бумаги парижские православные церкви:

91, рю Лекурб, Храм Покрова Пресвятой Богородицы и Преподобного Серафима Саровского; 12, рю Дарю, Свято-Александро-Невский собор; 19, рю Клод Лорран, Храм Всех Святых в Земле Российстей Просиявших и еще несколько.

Поездить по церквям, конечно, придется не один раз, возможно, не одну неделю. В субботы и воскресения на литургии - утренние и вечерние...

На Кнорре я наткнулся спустя пять недель после моего возвращения из Москвы, объездив по несколько раз все храмы. Случилось это в воскресенье в Храме Всех Святых в Земле Российстей Просиявших. Было теплое солнечное весеннее утро. Я приехал минут за пя...

... оводит оттуда послушными людьми в Москве, Новосибирске, Владивостоке, Питере, у него счета в Люксембурге, в Ливане, в Арабских Эмиратах, недвижимость в Западной Европе и Латинской Америке, но нигде он не присутствует под собственным именем, всюду он поставил и подставил людей, продавших ему свои имена и фамилии: прежде всего, разумеется, в России, Ливане, Греции, Франции, Германии. Единственная страна, куда он не полез - это США. Он знал, там опасно, лишь российские дураки-нувориши ринулись в этот финансовый Вавилон.

Как на дрожжах в хорошей питательной среде российская мафия набирала силу: прежние фарцовщики, перекупщики, рэкетиры, становились `авторитетами`, наживали приличные деньги, создавали свой, смешной для него, бизнес: контролировали видеосалоны, шоу-бизнес, казино, коммерческие предприятия и мелкие банки. Это был все тот же рэкет, но на какой-то порядок выше. И они вроде знали о существовании Якимова, пытались найти связь с ним, но был он им непонятен, загадочен, исчезал из поля зрения на несколько месяцев, не появлялся ни разу ни на каких банкетах, презентациях, не кутил в ресторанах, не ездил в дорогостоящие круизы, не жил в Лондоне или Каннах в пятикомнатных номерах отелей, не щеголял, как они в безвкусных костюмах с люрексом, не раскатывал в престижных `мерседесах`. И они как бы махнули на него рукой, дескать, чокнутый, и оставили в покое, продолжая свои `р...

... ы поняли, почему застрелился Фита?

- А вы? - спросил Зуйков.

- Вроде. Я зажал его, он это понял.

- В галерее этих портретов неопознанным остался один человек по фамилии Якимов. Вы его знаете бесфамильным. Это - рыжеволосый. По штрихам, которые вы мне дали, и по тем деталям, которые установили мы, он представляется мне фигурантом на какой-то порядок выше Фиты. Он похоже, его напарник-хозяин. Просто у них разные роли, - сказал Зуйков.

- Что вы намерены делать дальше?

- Дальше всем будет заниматься прокуратура.

- А Якимовым? Его же надо искать!

- Ищите, Бог в помощь, - засмеялся Зуйков... У вас хорошо получается.

Где уж тут нам и `Интерполу...`

Стоял мягкий январь. В Вене было плюс шесть. Вечерело. Высокая голландская печь из старинного белого узорного изразца в углу комнаты отдавала уютное тепло. Невысокий большеголовый рыжеволосый человек с могучим торсом и тоненькими ногами, положив руки на поясницу, прижался спиной к кафелю. Сквозь тонкую ткань коричневого длиннополого халата с шалевым воротником, отороченного тончайшей серого цвета лайковой кожей, он ощущал приятное тепло на лопатках. В комнате было сумеречно. Человек стоял так около получаса, думал. Затем по ворсистому покрытию пола прошел в кабинет, зажег настольную лампу, открыл ящик письменного стола, сунул в глубину руку, шевельнул пальцами, из-под крышки стола в ящик опустилась, поддерживаемая п...