... миссис Роджерс был невыразительный, унылый. Вера с любопытством посмотрела на нее. Бледная, бескровная - ни дать ни взять привидение! Волосы собраны в пучок, черное платье. Словом, внешность самая что ни на есть респектабельная. Вот только светлые глаза беспокойно бегают по сторонам.

`Да она, похоже, и собственной тени боится`, - подумала Вера. И, похоже, попала в самую точку. Вид у миссис Роджерс был насмерть перепуганный... У Веры по спине пошли мурашки. `Интересно, чего может бояться эта женщина` - но вслух она любезно сказала:

- Я новый секретарь миссис Оним. Впрочем, вы наверняка об этом знаете.

- Нет, мисс, я ничего не знаю, - сказала миссис Роджерс. - Я получила только список с именами гостей и с указаниями, кого в какую комнату поместить.

- А разве миссис Оним не говорила вам обо мне? - спросила Вера.

- Я не видела миссис Оним, - сморгнула миссис Роджерс. - Мы приехали всего два дня назад.

`В жизни не встречала таких людей, как эти Онимы`, - думала Вера. Но вслух сказала:

- Здесь есть еще прислуга?

- Только мы с Роджерсом, мисс.

Вера недовольно сдвинула брови: `Восемь человек, с хозяином и хозяйкой - десять, и только двое слуг`.

- Я хорошо готовлю, - сказала миссис Роджерс. - Роджерс все делает по дому. Но я не ожидала, что они пригласят так много гостей.

- Вы справитесь? - спросила Вера.

- Не беспокойтесь, мисс, я справлюсь. Ну а если гости будут приезжать часто, надо думать...

... день, и ужасы ушли. Ни один из нас не покинет остров. Кто это сказал? Ну конечно же, генерал Макартур (его родственник женат на Элси Макферсон). Его такая перспектива ничуть не пугала. Напротив, казалось, она даже радует его! А это грех! Некоторые люди не придают значения смерти и сами лишают себя жизни. Всатриса Тейдор... Прошлой ночью ей снялась Беатриса - она стояла за окном, прижав лицо к стеклу, стонала, умоляла впустить ее в дом. Но Эмили Врент не хотела ее впускать. Ведь если ее впустить, случится нечто ужасное`.

Эмили вздрогнула и очнулась. Как смотрит на нее эта девушка.

- Все готово, не так ли? - спросила она деловито. - Будем подавать завтрак.

Странно прошла эта трапеза. Все были чрезвычайно предупредительны.

- Можно предложить вам еще кофе, мисс Брент?

- Ломтик ветчины, мисс Клейторн?

- Еще кусочек бекона?

Все шестеро вели себя как ни в чем не бывало, будто ничего и не случилось. Но в душе каждого бушевала буря.

Мысли носились как белки в колесе...

Что же дальше? Что дальше? Кто следующий?

Кто?

Интересно, удастся ли? Но попытаться стоит. Только бы успеть. Господи, только бы успеть...

Помешательство на религиозной почве, не иначе... Посмотреть на нее, и в голову не придет... А что, если я ошибаюсь?

Это безумие... Я схожу с ума. Куда-то запропастилась шерсть, запропастился алый занавес из ванной - не могу понять, кому они могли понадобиться. Ничего не понимаю...

...

... доставляло неизъяснимое наслаждение наблюдать, как жалкий преступник уже на скамье подсудимых пытается уйти от наказания, но чувствует, что отмщение близится, что оно неотвратимо. Однако учтите: вид невинного на скамье подсудимых не доставлял мне удовольствия.

Два раза, если не больше, когда мне казалось, что обвиняемый невиновен, я прекращал дело: мне удавалось доказать присяжным, что тут нет состава преступления. Однако благодаря распорядительности полицейских большинство обвиняемых, привлекаемых по делам об убийстве, были действительно виновны.

Так обстояло дело и в случае с Эдвардом Ситоном.

Правда, его внешность и манеры производили обманчивое впечатление и ему удалось расположить к себе присяжных. Однако улики, пусть и не слишком впечатляющие, зато несомненные, и мой судейский опыт убедили меня, что он совершил преступление, в котором его обвиняли, а именно, убил пожилую женщину, злоупотребив ее доверием.

У меня сложилась репутация юриста, с легким сердцем посылающего людей на виселицу, однако это более чем несправедливо. Мои напутствия присяжным всегда отличали справедливость и беспристрастность. Вместе с тем я не мог допустить, чтобы наиболее пылкие из адвокатов своими пылкими речами играли на чувствах присяжных. Я всегда обращал их внимание на имеющиеся в нашем распоряжении улики.

В последние годы я стал замечать перемены в своем характере: я потерял контроль над собой - мне захотелось ...