... Очень трудно рассказывать про это... Какие-то закулисные игры ведутся со мной... вокруг меня.

Утро абстрактных исповедей, где детектив Арчер выступает священником, не имея духовного сана, но обязав себя выслушивать всякие экивоки и неопределенности.

- Мне следовало бы получить профессию дантиста и заняться делом более легким и менее болезненным, чем мое нынешнее удаление зубов, - дело, по крайней мере, ясное... Если вам действительно нужна моя помощь, миссис Слокум, сообщите мне, в чем именно она должна состоять... Кто и что вас сюда привело?

- Мне вас порекомендовали. Я знаю человека, который... работает в полиции. Он утверждал, что вы честны и умеете молчать.

- Довольно странно, что о тебе отзывается подобным образом полицейский. Не будете ли вы столь любезны сообщить мне его имя?

- Нет, я не стану этого делать. - Мое предложение, казалось, вызвало у женщины тревогу. Пальцы стиснули черную замшевую сумочку.

- Он ничего не знает о моем деле, этот полицейский.

- И я тоже. И даже не надеюсь когда-либо узнать. - Я позволил себе улыбнуться. Предложил сигарету. Щелкнул зажигалкой. Миссис Слокум затянулась. Без всякого наслаждения, но куренье, кажется, успокоило ее.

- Бог с ним, с полицейским. - Она поперхнулась сигаретным дымком. - Я всю ночь пыталась сосредоточиться, пыталась собраться с мыслями и до сих пор не могу связно изложить... Никто ничего не знает, ...

... вой плиты, двух узких топчанов, приколоченных к стене и застланных дешевыми красными покрывалами, стенного шкафчика, на полках которого громоздились флаконы, предметы бижутерии и в дешевых обложках романы. Было еще непротертое старое зеркало, выдававшее расплывчатое и искаженное отражение убогой комнаты, девушки и моей персоны.

Мужчина в зеркале был большим, толстым, да еще со съехавшими на сторону чертами лица. Один его серый глаз был больше другого, в стекле он колебался, как и мои намерения; второй глаз был, однако, твердым и проницательным. На мгновение я замер, пораженный видом собственной физиономии: черт побери, вот таинственная фигура, двойник без собственной жизни, который всматривался одним своим большим и одним своим маленьким глазами в грязную жизнь людей в очень грязном мире.

- Это разновидность конуры, - Гретхен старалась казаться веселой, - но мы называем ее домом, нашим милым домом.

Она затворила дверь. Запах прогорклого масла, разлитого по плите, и тошнотворно-сладкий запах дешевых духов в шкафчике тотчас повели между собой войну, замешанную на давней кровной вражде. На чью сторону встать?

- Уютно, - сказал я.

- Присаживайтесь, сэр, - предложила она с наигранной веселостью. - У меня нет ни рома, ни кока-колы, но могу предложить вино мускат.

- Спасибо, но его не пьют после пива.

Я уселся на край одного из...

... юдей.

- Хотелось бы знать, действительно ли вы настолько значительны, как сами утверждаете. А вдруг жизнь не прекратила бы своего течения и без вас?

Килборн улыбнулся так, будто я произнес в высшей степени остроумную фразу.

- Вопрос сейчас в том, сможет ли жизнь продолжаться без вас. - Килборн еще раз улыбнулся: он, мол, тоже способен на остороумие. - Я объяснил вам свою позицию, что, как вы понимаете, не доставило мне особенного наслаждения. Я надеюсь, что вы это поймете, и тогда у вас появится ко мне несколько иное отношение, чем прежде. Вы смышленый человек, мистер Арчер, и скажу откровенно, вы мне нравитесь... И как я уже говорил... м-м-м... я питаю отвращение ко всякого рода убийствам. Замечу, что моя жена восхищается вами, и если бы я... м-м-м... убрал вас, а она, разумеется, о том была бы осведомлена, моя жена совершила бы... что-нибудь непоправимое.

Конечно, я с ней сумею справиться, но... все-таки... Зачем еще одна смерть? Я бы хотел уладить дело более разумным, цивилизованным способом. А вы какого мнения на сей счет?

- Сколько?

- О`кей. Отлично! Великолепно! - Маленький рот у Килборна сморщился в очередной дружелюбно-херувимской улыбке. - Насколько я знаю, мои десять тысяч долларов у вас. Не могу утверждать наверняка, но это ведь так и есть? Если они у вас... ну, м-м-м...

это ценное доказательство вашей добросовестности.

- Да, они у меня, ...