... аживаясь в кресло для посетителей, которое задумчиво крякнуло под тяжестью его тела.

Никто не мог подумать, что Кольберг знал воровских приемов больше и умел отделать человека по всем правилам науки лучше, чем, может статься, кто другой во всей полиции.

Мартин Бек снял ноги с ящика и вместе со стулом подвинулся ближе к столу.

Прежде чем ответить, тщательно затушил недокуренную сигарету.

- Об этом убийстве топором в Юртхагене, - соврал он. - Нового ничего нет?

- Ты видел протокол вскрытия? Там сказано, что парень умер уже от первого удара. У него на редкость тонкие кости черепа.

- Да, я видел.

- Посмотрим, что скажет его жена. В больнице вчера сообщили что она пока в невменяемом состоянии. Может быть, она его и убила, кто знает.

Он встал, подошел к окну и открыл его.

- Закрой, - попросил Мартин Бек.

Кольберг закрыл окно.

- И как ты это выносишь, - жалобно сказал он. - Здесь ведь жарко, как в печке.

- Уж пусть меня лучше зажарят, чем задушат, - философски заметил Мартин Бек.

Здание полиции примыкало к Эссингеледен, и, когда машин на улице становилось больше, как, например, теперь, во время отпусков, особенно сильно чувствовалось, насколько воздух насыщен выхлопными газами.

- Пеняй на себя, - сказал Кольберг и побрел к двери. - Постарайся, во всяком случае, дожить до вечера. Ты ведь сказал - в семь часов, да?

- В семь, - ответил Мартин Бек.

- Я уже голоден, - сказал Кольберг....

... с ума сошли, - сказал привратник. - Это же директор Бруберг.

- Заткни глотку, - сказал Ларссон и заставил сидящего человека подняться на ноги.

- Возьми чемодан, - сказал он Сахриссону. - Если сумеешь. Крепко держа Бруберга за правую руку, он вывел его из подъезда. Левую руку Бруберг держал у подбородка. Между пальцами сочилась кровь. Не оглядываясь, Ларссон прокладывал дорогу к своей машине среди шумящей толпы. Сахриссон с чемоданом тащился сзади.

Гунвальд Ларссоп толкнул Бруберга на заднее сиденье и сел рядом.

- Доберешься до полицейского управления? - спросил он Сахриссона.

Тот кивнул с пришибленным видом и уселся за руль.

- Что тут происходит? - спросил почтенного вида господин в сером костюме и в берете.

- Кино снимаем, - ответил Гунвальд Ларссон и захлопнул дверцу.

XVII

Хампус Бруберг не произнес до сих пор ни слова и потому, что не хотел, и потому, что не мог. У него было выбито два зуба и сломана нижняя челюсть.

В половине десятого вечера Ларссон и Кольберг все еще стояли, наклонившись над ним, и задавали бессмысленные вопросы:

- Кто застрелил Виктора Пальмгрена?

- Почему вы пытались бежать?

- Вы наняли убийцу?

- Расскажите, что вы знаете.

- Кто стрелял?

- Почему вы не отвечаете?

- Ваша игра проиграна, так что говорите.

Время от времени Бруберг качал головой, а когда речь заходила об убийстве Пальмгрена, его искривленное лицо искажалось еще более и на нем поя...

... м, что делать с Хампусом Брубергом и Хеленой Ханссон, мягко говоря, ответить было трудно. К тому же пришлось решать эту проблему по телефону, что требовало времени.

- Где они? - спросил Мартин Бек.

- На Кунгхольмсгатан.

- Задержаны?

- Да.

- Можем ли мы их арестовать?

- Прокурор думает, что можем.

- Думает?

Кольберг глубоко вздохнул.

- Они задержаны за попытку вывоза валюты. Но пока никакого обвинения им не предъявлено. Доказано, впрочем, что у Бруберга в кармане был фальшивый паспорт и что он стрелял из стартового пистолета, когда Ларссон и тот полицейский, любитель стрельбы, должны были его задержать. И мадам призналась, что занимается проституцией. К тому же у нее найден чемодан, набитый ценными бумагами. Она говорит, что эти бумаги, билет и все остальное дал ей Бруберг, пообещав десять тысяч за то, что все это будет доставлено в Швейцарию.

- И наверное, она не врет.

- Конечно. Но все дело в том, что они не успели уехать. Если бы у нас с Ларссоном хватило ума, мы бы оставили их пока на свободе. Сообщили бы в таможню, в паспортную полицию, и их задержали бы на аэродроме.

- Словом, ты считаешь, что доказательств недостаточно?

- Вот именно. Прокурор предполагает, что судья может отменить арест и удовольствоваться подпиской о невыезде.

- И выпустит их?

- Вот именно. Если только ты не убедишь прокурора в Мальмё, что эта пара может дать решающие показания об убийст...