... зно предоставили. Однако мы не считаем их до конца аргументированными. Если бы они внесли свое предложение по поводу того, как можно войти в дела князя, каким образом подвести нужных людей к Золле, чтобы его информация, прежде чем уйти к красным, прошла нашу обработку, если бы сформулировали возможность нейтрализации мистера Степанова, придумали бы, как можно поссорить его с властями - чем меньше писателей вместе с Советами, тем нам выгоднее, - тогда мы готовы сотрудничать, соотнося наши действия с курсом кабинета ее величества.

- Я был бы весьма признателен вам, полковник, если бы вы нашли время составить телеграмму именно в том смысле, какой только что был столь блистательно вами сформулирован... А я попрошу консульскую службу дать визу мистеру Степанову, поскольку, как я понял, вы готовы взять на себя ответственность. Еще чаю?

8

Ростопчин попросил шофера вывести из подземного гаража спортивный `мерседес`; двигатель - восьмерка; хоть полиция ограничивает скорости до ста тридцати километров даже на трассах, придется жать двести; возможен штраф, обидно, конечно, убыток; зато сэкономлено время; до Лозанны надо проехать за четыре часа; там Лифарь; разговор будет трудным;

нужно успеть вернуться обратно этой же ночью, завтра встреча, которую нельзя отменить, а там и Лондон...

Он сел за руль, выехал на пустую трассу, нажал; включил радио, нашел итальянцев, время серенад, пусть себе, только бы не последние известия, н...

... дерн, либеральные намеки, столь угодные пьяной матросне, студентишкам да рабочей черни...

У нас, слава богу, положение нормализовалось. Время либерала Витте кончилось, храни нас господь от такого рода говорунов. Только плетка к кнут, а на ослушавшихся - петля!

Иначе с нашим народцем говорить нельзя, больно доверчив, легко внимает чужим словесам и дурным идеям.

Удар мой против портрета Брюсова будет нанесен не по Врубелю, он уже и не понимает толком, что об нем пишут, но во Рябушинскому и всем нашим доморощенным меценатам, дабы впредь неповадно было тащить в выставочные залы `творения` душевнобольных.

Пожалуйста, милейший Николай Сергеевич, похлопочите, чтобы `Новое время` поскорее перевело мне гонорары. Там накопилось порядком, а мы намерены с Танечкой уехать в Берлин. Оттуда легче видеть происходящее в несчастной России. Спокойнее писать. С горечью вспоминаю слова одного литератора, что сохранить любовь к Руси можно только в том случае, ежели постоянно живешь в Париже, зато часто меняешь пьяниц управляющих, дабы деньги вовремя слали. А что?!

Увы, близко к правде. Мой управляющий - прямо-таки наглец!

Я ему отдал имение исполу, богатейшие земли, только успевай поворачивайся и будешь с деньгами, так нет же! Ворует!

Рубить правую руку до локтя! Прилюдно! Один способ покончить с воровством, иного не вижу!

Низко кланяюсь Вам, дорогой Николай Сергеевич?

Заметку по поводу врубелевского бреда, именуемого `Брюсов`, высылаю завтра, Вы уж поста...

... теев вздохнул, ответил задумчиво:

- Вот видишь... Я не об этом... Ты все-таки остался прежним.

- Ну, извини, - сказал Степанов. - По-моему, это хорошо - оставаться прежним. Ты меня прямо-таки обрадовал.

Валера Распопов сел к роялю, заиграл.

- Шагай вперед, наш караван, Степанов, я и Широян...

Леночка вытерла слезы, шепнула:

- Знаешь, как Широян умирал? Он очень плакал, боялся, что будет с его женой, так любил ее, бедненький...

`Мы вступили во время утрат, - подумал Степанов. - С каждым днем их будет все больше и больше. Но, пусть это жестоко, каждая утрата - подведение итога: что остается в памяти? Да, жизнь - это память`.

Он закрыл глаза; сразу же увидел зал `Сотби`: землистое лицо Ростопчина; услыхал тянущий голос ведущего: пятнадцать сотен, шестнадцать сотен, семнадцать сотен; снова подумал о том, с чем приедет в Москву; обещал привезти Врубеля; ему поверили; нет мне прощения; позор.

Когда Степанов вернулся в номер, было уже за полночь;

тревожно вспыхивала белая лампочка, вмонтированная в телефон, - просьба позвонить в службу информации, сообщат, кто ищет; набрал цифру `6`: девушка словно бы ждала его, пожелала доброго вечера, сказала, что уже шесть раз звонил `принс Ростоучи`, просил связаться с ним, когда бы мистер Степанов ни вернулся.

Набрал номер `Клариджа`, попросил Ростопчина.

- Да неужели?! - воскликнул тот. Голос князя был ликующим. - Где ты был? Сейчас же бери такси и приезжай ко мне.

- Женя, утр...