... ла она.

Господи! Как он ненавидел, когда она разговаривала с ним таким тоном:

тоном учительницы, заставшей своего ученика за чем-то неприличным. `Расскажи мне, как это произошло. Возможно, я смогу тебе чем-то помочь`.

- Ничего. А что могло случиться? - он постарался взять себя в руки.

Спорить с ней не имело никакого смысла.

- Мне показалось, ты звонил Ивану Ильичу, - она посмотрела ему прямо в глаза, и солгать он не решился.

- Ну, звонил. Что с того?

- Ты не разговаривал с ним целую вечность!

Еще одно замечание в ее духе. В духе всезнающей мамочки. К тому же, произнесла она эту фразу с едва скрытым упреком, и Трущенко взорвался:

- Какая разница, с кем и когда я разговаривал?! Сколько можно совать нос в мои дела?!

- Надеюсь, ты не собираешься ввязываться во все эти игры с террористами? - все так же не повышая голоса спросила она.

Этого следовало ожидать. Естественно, она уже все знала. Как же иначе?

Так было всегда. И так будет. Однажды он имел неосторожность завести любовницу. Они встречались два раза. На третий раз в кровати его ждала жена.

`Мне кажется, любовница для человека твоего возраста - непозволительная роскошь`, - сказала она, и больше они к этой теме не возвращались.

Трущенко вздохнул.

- Ко мне сейчас должны прийти люди. Пожалуйста, Даша, оставь меня.

- Я только хочу предупредить тебя: Дотов сейчас силен как никогда. И если у тебя вдруг чт...

... ывателя должен включиться сигнал тревоги. Кто нами правит? Может ли этот человек предотвратить надвигающуюся беду? А беда вот она, рядом. Террористы захватили военную базу с химическим оружием, и никому не известно, как они могут им распорядиться.

Журналист подробно описал свой разговор с мэром, а также то, что вскоре после этого разговора его пытались убить. Но бандиты ошиблись, и пострадал другой человек. По нелепому стечению обстоятельств - дальний родственник мэра. По ходу рассказа несколько раз упоминался Трущенко. Нет, Прокуроров не опускался до примитивных сравнений типа: `Посмотрите как раньше было хорошо при Трущенко, и как сейчас плохо при Дотове`, но в итоге именно к такому выводу должен был прийти читатель.

В конце статьи главный редактор рассказал о давлении, которое оказали властные структуры, стремясь помешать публикации статьи, о коллективе редакции, не побоявшемся возможных репрессий, и о мужестве главного редактора в частности, которого не остановили ни откровенные угрозы, ни психологический прессинг, оказываемый на его семью. Трущенко улыбнулся.

Мужество редактора стоило ему двадцати тысяч долларов. Кроме того, многим сотрудникам газеты были выделены телохранители.

Трущенко отложил газету и взял кофе. Завтра материал о террористах появится еще в ряде газет. После этого подключатся радио и телевидение.

Через неделю Дотов не будет представлять никакой опасности. Т...

... абыл о нас!

Услышав телефонный звонок, Дотов бросил взгляд на часы, осторожно встал с кровати и направился к выходу из спальни.

- Что-нибудь случилось? - встревожено спросила за его спиной жена.

- Ничего. Спи. Скорее всего, это с работы, - стараясь скрыть раздражение, бросил он. Меньше всего ему хотелось сейчас с ней разговаривать.

Жена откинулась на подушку и до самого подбородка натянула на себя одеяло.

- Ты слишком много работаешь, милый!

- Спи! - Дотов прикрыл за собой дверь и вышел в кухню.

Прежде чем снять трубку, он выпил полстакана воды. Ничего хорошего этот звонок не предвещает.

- Да, я слушаю, - по крайней мере, ему удалось справиться с волнением.

Голос звучал твердо и властно.

- Это Львов, Герман Олегович. Извините, что беспокою так поздно.

- Скорее, уж рано. Надеюсь, у вас есть на то причины?

- Да, конечно. Час назад Никоноров и Пустырский совместными усилиями пытались выбить террористов с базы.

Дотов почувствовал, как оборвалось сердце. Он слишком рано поверил в реальность своих планов.

- И чем... - он судорожно сглотнул. - Чем это закончилось?

- Тем, чем и должно было закончиться. Они напоролись на засаду и потеряли два вертолета с личным составом. А это по меньшей мере пятьдесят человек!

- Что с террористами? Они по-прежнему на базе?

- Разумеется. Террористы по-прежнему на базе, и по-прежнему у них в рук...