... лась. Она была честна сама с собой, не зная точно чего ради, не зная даже, чего она хотела или на что надеялась. У нее было ясное ощущение того, что если она остановится, то сил на то, чтобы отправиться дальше, ей не хватит.

Боже, как она устала! Ноги ее распухли, как и всегда в подобных случаях. Сегодня утром у нее не было возможности заметить, что ноги болят;

все это время она проходила в новых туфлях, купленных специально, чтобы приехать сюда.

Ребенок орал. Он словно призывал к порядку. Перегнувшись через перила второго этажа, Алиса крикнула противным голосом:

- Мне казалось, что вы собираетесь принести ему поесть.

Жестом, который становился уже автоматическим, Жанна вытерла углом передника лоб, неопределенно улыбнулась и ответила, беря в буфете чашку:

- Сейчас все будет готово. Иду...

III

Около двух часов солнце начало прятаться за тучи, несколько порывов ветра надули занавески и заставили хлопать двери; потом воздух стал неподвижным, давящим и оставался таким вплоть до раздавшихся значительно позднее ударов грома.

Отъезд Алисы, совпавший с порывами ветра и заглушенный другими звуками, Жанна заметила только в самый последний момент. Молодая женщина не повторяла слов о решительном нежелании ночевать, в доме, где лежит покойник, и можно было полагать, что эта фраза брошена просто так, под влиянием утреннего эмоционального шока.

Алиса с растрепанными волосами сидела, скрестив ноги, н...

... меня, почему я не беру ее с собой.

- И что ты ответил?

- Что это не для нее, не для сестры.

- Она поняла?

- Нет. Я объяснил ей, что она никогда даже не обнималась с парнями, а мы в нашей банде все этим занимаемся. Не знаю, зачем я это сказал. У меня будто потребность какая-то была говорить эти вещи. Я называл ей имена моих подружек, которые позволяли делать с собой все что угодно, а она возмущалась и называла меня вруном. Тогда я рассказал ей все подробно.

- Все детали?

- Почти. Кроме самых грязных. Потом у нее вошло в привычку расспрашивать меня. Когда я поздно возвращался, она поджидала меня в моей комнате, сидя в темноте. Однажды она заявила:

`Я хочу, чтобы в следующее воскресенье ты взял меня с собой`.

Я был сбит с толку и пытался ее отговорить:

`Ты же знаешь, что должна будешь делать все, что делают другие`.

`Но ты ведь утверждаешь, что все мои подруги этим занимаются! `

`Не все! `

`Большая часть. Это одно и то же`.

Никто, тетя, никогда не узнал об этом; поверьте, мне это часто мешало заснуть, я чувствовал, что это кончится плохо, а теперь, когда я думаю об этом, меня охватывает страх. Не знаю, как я мог поступать так. Правда, я тогда был всего лишь мальчишкой.

Она не улыбнулась.

- В конце концов я взял ее с собой. Честное слово, сначала-то я не предполагал, что она будет вести себя, как другие. Всегда кажется, что с сестрой будет поиному.

- А по-иному не получилось, - медлен ...

... втором этаже. Она сама выбрала эту комнату.

Он опять не пошевелился. С такой скоростью они никогда не перестанут карабкаться по ступенькам. Сколько же лет может быть нотариусу Бижуа?

Поначалу Жанна думала, что это сын того Бижуа, которого она когдато знала; в бытность ее ребенком он уже казался ей стариком, но это был не сын, а отец. Его возраст приближался, вероятно, к девяноста годам, если уже не достиг их. Но держался он еще очень прямо, лицо его было розовым, как у ребенка, что выглядело почти неестественным при стриженных бобриком седых волосах.

- Можно ли войти нотариусу, Жанна?

- Да, конечно.

Он вошел с таким же видом, с таким же отсутствующим взглядом, с каким посещал дома, подлежащие продаже, и через несколько мгновений остановил свой взор с чисто профессиональным любопытством на Жанне. Создавалось впечатление - настолько это было очевидно, - что он нарочно старался показаться невежливым, нарочно использовал лишь самый минимум принятых приличий. Вместо того чтобы поздороваться, произнести несколько самых общих и обычных фраз, справиться о здоровье, он произнес лишь одно слово, в котором, казалось, можно было ощутить свойственную некоторым старикам радость при виде сраженного болезнью более молодого человека:

- Водянка?

Она вспомнила времена, когда была совсем маленькой девочкой; и она ответила ему почти как ребенок:

- Ничего серьезного. Немного передышки, и я встану на ноги.

- Так все ...