... ркнул босс, раскрыл газету и ткнул пальцем в заголовок. - Забавнейшая штучка. Кто вас прислал?

- Бенни...

- У вас есть какие-нибудь определенные подробности?

- Сделать это было абсолютно невозможно.

Старик не выглядел слишком расстроенным, и Карл начал успокаиваться.

- Тедди был один, но за дверями его кабинета сидела дюжина людей.

Никто из незнакомых не входил и не выходил.

- Но кто-то сделал это, - тихо заметил Папа.

Джордж выглядел озадаченным.

- Кто же мог?..

- Тот, кто сделал. - Старик отхлебнул кофе и указал на телефон. - Свяжись с Бенни. Может, он узнал что-то новое.

Спейсер взял трубку и набрал чикагский номер. Когда Бенни заговорил, он минуты три слушал молча, потом повесил трубку.

- Ну?

- Как они говорят, последним входил рассыльный из соседнего магазина.

Он что-то нес шефу. Тедди не хотел, чтобы его беспокоили. Он уже разговаривал по телефону, вернее, еще говорил, когда все разошлись. Все было заперто и все разошлись по домам.

- Теперь вы понимаете, что произошло и как?

Оба промолчали, и Папа Менес гримасой показал, что презирает их за тупость.

- Этот рассыльный проработал там недели две, чтобы к нему привыкли, выждал время и нанес удар. Уходя, он снял трубку с рычага, и получилось, что телефон занят. Все думают, что Тедди говорит по телефону, и уходят домой. Очень просто и четко. Спросите об этом парне, если он еще никуда не делся....

... приятностей, и это тоже хорошо. Всякий раз, когда правление вводит в действие тварь, вроде француза, неприятности неизбежны. Дерьмо! Дали бы ему возможность использовать своих людей, он бы все сделал сам. Так нет, они подключили к делу Фрэнка Бердуна, и тот сумел усугубить положение.

Ладно, он-то не оплошает. Два дня работы и через неделю этот жук Германец будет мертв и с его выступлением будет покончено.

Фрэнк Бердун обладал интуицией зверя. Он знал, когда его преследуют.

Он чуял это нутром и, шагая по улицам, сжимал в кармане пистолет. Обычно ощущение оружия в руке успокаивало, но в этот раз он продолжал волноваться и нервничать. Металл холодил ладонь, глаза выискивали опасность, все чувства были напряжены, но он не видел охотника.

Француз вспомнил Вика Петрочини и других, и неожиданно понял, что они ощущали в свое время. Его снова затошнило.

Когда, войдя в свою квартиру, он оказался в относительной безопасности, его еще раз вырвало. Он торопливо встал на коврике на колени перед унитазом и старался, чтобы брызги не попали на него. Вылилось из него не так уж и много, потому что он ничего не ел, но мутило ужасно, и он дергался в спазмах. Когда рвота прекратилась, он разделся и влез под душ.

Француз вышел из ванны уже более похожим на себя. После душа он, как всегда, почувствовал себя лучше. Он не увидел ножа, который полоснул его, а только вытаращил глаза и попытался закричать.

Увид ...

... внутриорганизационных отношениях, еще не зная, как все они себя проявят, чью сторону примут. Наступил решающий момент игры, где главное - деньги. Наемным убийцам все равно, кто управляет фабрикой, лишь бы платили. Чем больше им платят, тем вернее они привязаны к тому, кто платит. Они чуют, где большие деньги. Марк учел и это. Когда они сделают выбор, он точно будет знать, кого убрать. Он уже о многом позаботился, даже о том, чтобы некоторые сведения попали в руки полиции.

Тогда оппозиция рухнет окончательно и бесповоротно. И никто никогда не узнает, что это дело его рук. Несомненно, у старика припрятана пара тузов в рукаве, но `флешь-ройяля` ему не видать. Марк усмехнулся, вспомнив голос Папы Менеса, когда тот разговаривал по телефону. Конечно, старик давно уже сгнил, но по-прежнему хитер. Марк понять не мог, каким образом он сумел взорвать Германца. Хотя старик и думал, что все устраивалось очень осторожно, все явно делалось в большой спешке. Впрочем, этот взрыв совсем не относится к предстоящему делу.

Марк даже заржал, когда вспомнил о кое-каких вещах, которые он может документально подтвердить, после чего пара старых, верных ему семей окончательно решат выступить против старика. Марк вспомнил недавний разговор.

- Вы в безвыходном положении, Папа.

- Ты так думаешь? - спросил Папа.

- Естественно, Папуля.

- Ты кое-что забываешь, Марк.

- Что же я забываю? - Марк скр ...