... У вас неприятности, верно?

- Да.

- Разве вы не собирались рассказать адвокату, к которому просили Лили Роуэн послать вас?

- Да.

- Ниро Вулф стоит десяти адвокатов. Любых.

- Но вы же не Ниро Вулф. Вы просто интересный молодой человек в военной форме. - Она снова покачала головой. - Нет, не могу.

- Вы не правы, сестренка. Я красивый, но не только. Однако у нас впереди целый вечер. Давайте сделаем вот что. Мы оба уже поужинали. Поедем куда-нибудь потанцевать. В перерывах между танцами я докажу вам, что я еще и умный, и попытаюсь завоевать ваше доверие, напоив вас, пока у вас не развяжется язык. Тогда, быть может, мы придем к согласию.

- Куда мы поедем танцевать? - засмеялась она.

- Куда хотите. Во Фламинго-клуб.

Я попросил шофера отвезти нас туда.

Она, оказалось, хорошо танцует, но склонить ее к разговору мне не удалось. Ресторан был уже полон, но я заявил права на столик в углу, который держали по просьбе выпускника какого-то колледжа, и, когда он появился в сопровождении своих приятелей, сделал вид, что ничего не знаю. Энн и я понравились друг другу. В порядке дружеского общения вечер прошел на высоте, но ведь я был там по делу, и с этой точки зрения можно считать, что я только зря тратил время.

Кое-какую информацию мне все-таки удалось собрать. Я узнал, что в клетке сидела голубка по имени Диана, которая и приходилась матерью четырем победителям в соревно...

... ?

Таким вопросом он обычно встречал меня по утрам и задал сейчас, наверное в 4000 раз, заставив лишний раз осознать, что я скучаю по дому. Я размяк и повернулся в кресле лицом к нему, но бросив на него лишь взгляд, снова разозлился.

- Нормально, спасибо, - холодно отозвался я. - Вы устроили настоящий бедлам в ящиках моего комода, когда искали, насколько я понимаю этот свитер.

Я должен вам кое-что сказать Я говорю от имени Соединенных Штатов. Есть один вид деятельности, которую вы способны выполнить гораздо лучше, чем кто-либо другой, а именно, бороться с подпольной активностью врага у нас в Америке, на что требуется наличие мозгов, которые вы порой заставляли трудиться.

Верховный главнокомандующий, министр обороны, генеральный штаб, а также сержант Йорк почтительно просят вас перестать ломать комедию и приступить к делу. Вы ошибаетесь, считая, что ваше внезапное появление на фронте заставит немцев умереть от смеха. У них нет чувства юмора.

Я надеялся, что он разозлится утратит самообладание и войдет в кабинет, а коли так, можно считать, что есть очко в мою пользу, но он продолжал стоять в двери и хмуро смотрел на меня.

- Ты сказал, - прорычал он, - что у тебя отпуск.

- Нет, я этого не говорил. Стыдитесь! Это только доказывает, в каком вы состоянии. Тысячу раз в этой комнате я слышал как вы выговаривали людям за их неточные формулировки. Я сказал, что отпуск у меня двухнедельный. Я не сказа ...

... за ястреба?

- Совершенно справедливо. Эту цифру назвала она, не я.

- А после того, как она повредила ногу и была вынуждена лежать, она отказалась вам платить? И велела съехать с квартиры?

- Не совсем так, - презрительно махнув рукой, отозвался Леон.

- Случилось это потому, что она узнала, что вы не убиваете ястребов, как убеждали ее, а скупаете их у фермеров?

- Нет. Произошло это потому, что она потеряла интерес к жизни и хотела бы, чтобы и другим было несладко. Каким образом она могла узнать про птиц?

Она ведь не вставала с постели.

- Это я спрашиваю вас.

- А я вам отвечаю. - Леон подался вперед. - Я хочу знать, намерены ли вы уничтожить мой бизнес, на что у вас нет права?

- Выведи его, - устало приказал Кремер Стеббинсу. - Выведи его немедленно!

Сержант Стеббинс выполнил приказ.

Когда они вышли, мы, оставшись втроем, переглянулись. Я зевнул. Вулф ссутулился. Он уже стал забывать, как следует держаться будущему солдату, Кремер вытащил очередную сигару, с отвращением посмотрел на нее и сунул обратно в карман.

- Разумно поступают, - заметил Вулф. - Приходят и рассказывают вам про дела, вроде этого.

- Да. - Кремер растирал себе затылок. - Большая от них помощь. Есть и протокол, составленный в полицейском участке по поводу смерти миссис Лидс.

Совершенно никчемный документ. Там говорится, что у них у всех был повод избавиться от нее. Ну и что? Чем мне э ...