... риходил некто Йигер. Он хочет знать, следят ли за ним и кто именно. Он понимает, что придется раскошелиться, но готов на это, потому что, кроме меня, ему, видите ли, никто не годится. Я навел справки: он вполне платежеспособен, да и мне, глядишь, перепадет, сколько я зарабатываю за две недели. Когда вы спуститесь, меня уже не будет. Его имя и адрес у меня в блокноте. Вернусь к ночи.

- А завтра? Сколько времени это займет?

- Немного. Если понадобится, подключим Сола и Фреда. Я потом все объясню. Работа самая что ни на есть заурядная.

- Понял.

Он повесил трубку, и я по городскому телефону набрал номер Эла Голлера.

2

Через два часа, в двадцать минут восьмого, я сидел в такси, припаркованном на Шестьдесят седьмой улице между Второй и Третьей авеню, вывернувшись так, чтобы можно было наблюдать через заднее стекло. Если б Йигер вышел из дома ровно в семь, то к 7:04 он должен был сидеть в машине Эла Голлера, а машина - выехать из-за угла на Шестьдесят седьмую в 7:06.

Но было уже 7:20, а он все не показывался.

Гадать, что ему помешало, было делом совершенно бессмысленным, вот я им и занялся. К половине восьмого у меня имелось с дюжину объяснений, как правдоподобных, так и совсем фантастических. В 7:35 я встревожился, и мне стало не до гаданий. В 7:40 я сказал таксисту, старому знакомому Майку Коллинзу:

- Ерунда какая-то. Схожу посмотр...

... этом не узнает, так почему не сказали ему об этом прямо.

- Вы не слушаете, - возразила миссис Перес. - Этот мистер Сеймур, он приходил не вчера, он пришел нынче утром. Вы не слушаете.

- Еще как слушаю. Но Йигер давно рассказал вам про эту дарственную.

Вы знали, что после его смерти дом отойдет вам.

Ее черные глаза вспыхнули.

- Если вы слушаете, то мы, по-вашему, врем? Когда говорим, что собирались уехать? Когда говорим, что пришел этот мистер Сеймур со своей бумагой и теперь мы ругаемся?

Я кивнул.

- Я вас слышал. Библия у вас есть?

- Конечно.

- Принесите.

Она вышла из кухни, но не в прихожую, а через другую дверь и тут же вернулась с толстым томиком в твердом переплете коричневой кожи. Эта книга мало напоминала те Библии, что я видел. Я открыл ее, чтобы проверить, но она была на испанском. Взяв Библию, я велел им положить на нее левую руку, а правую поднять, что они и сделали.

- Повторяйте за мной: клянусь на этой Библии... что мне не было известно о том... что мистер Йигер завещает нам этот дом... или собирался завещать... до того, как мистер Сеймур сообщил нам об этом нынче утром.

Я положил Библию на стол.

- Хорошо. Раз мистер Сеймур утверждает, что может обставить дело, чтобы никто не узнал, кому принадлежал этот дом, он, вероятно, так и сделает. Но немало людей уже знают об этом, в том числе и я, так что советую вам оставить в комнате все как есть в ...

... нет, поскольку меня ждали другие дела; к тому же я сомневался, что девушка действовала из чистых побуждений. Сигаретница, фотография и какие-то пятидолларовые бумажки интересовали ее больше, чем моя персона. И вообще, мне не нравится, когда на меня жмут. Поэтому я просунул ладонь между ее лицом и своей шеей, вдавил ее голову в подушку, одновременно подняв собственную, и накрыл ей лицо углами подушки, слегка ее придушив. Секунд десять она еще трепыхалась и лягалась, потом успокоилась. Я спустил ноги на пол, встал, убрал руки и отступил от постели.

- Когда вы дали ей фотографию? - повторил я.

Она ловила ртом воздух, а отдышавшись, сказала:

- Черт бы вас взял, вы дали волю рукам!

- Ага. Думаете, начну извиняться? А сами похлопали по постели, где мне сесть, да еще в прозрачной комбинашке? И ведь прекрасно знаете, что через нее кое-что просвечивает. Не очень-то умно пытаться отвлечь меня от дела, в котором вы заинтересованы не меньше моего.

Я уселся на стул.

- Послушайте, мисс Дункан. Для вас единственная возможность выйти сухой из воды - помочь Ниро Вульфу распутать убийство, времени у нас в обрез. Может, и одного дня не будет. Я хочу выяснить про фотографии и пятидолларовые бумажки.

Она совсем отдышалась и натянула одеяло до подбородка.

- Вы и в самом деле дали волю рукам, - повторила она.

- Условный рефлекс. И не рукам, а руке. Когда вы дали ей фотографию?

...