... кого и ничего.

Билл Гор был мощного телосложения, крепко сбитый парень. Он получил задание отправиться в Ассоциацию промышленников и собрать кое-какие сведения. Вулф предварительно созвонился с Эрскином и заручился его содействием.

- Неужели дела обстоят так плохо? - спросил я, когда они ушли.

- Почему плохо? - нахмурился Вулф.

- Вы прекрасно знаете, почему! Пятьдесят долларов в день на объедки!

Что в этом гениального?

- А что может поделать гений в этой людской сутолоке?! Больше тысячи человек, у которых имеются мотивы для убийства и возможность его совершить... Черт меня дернул поддаться на твои уговоры!

- Нет уж, сэр! Даже не пытайтесь! - твердо сказал я. - Когда я прочитал вашу записку, я сразу понял, что вы захотите взвалить всю вину на меня.

Признаюсь, не думал, что дело так безнадежно, пока не услышал, как вы приказывали Солу и Биллу лазать по всем дырам, которые полиция уже давно обшарила. Если вы не хотите признаться в том, что побиты, вы еще можете выкрутиться. Я выпишу чек на десять тысяч долларов, а вы продиктуете мне письмо, в котором сообщите промышленникам, что в связи с заболеванием коклюшем или, лучше, свинкой вы...

- Заткнись! - рассердился он. - Как я могу вернуть деньги, которые не получал?

- Вы их получили. Чек пришел с утренней почтой, и я внес всю сумму на депозит.

- Боже мой, они в банке?

- Да, сэр.

...

... пятой улице.

Привратник позвонил наверх; опять удивленно воззрился на меня и сказал, что меня просят подняться. Фиби открыла мне дверь и пригласила войти.

Положив пальто и шляпу на стул, я последовал за ней в комнату, и там, в темном углу опять сидел Элджер Кэйтс, как в прошлый раз.

Не отрицаю, зачастую я бываю слишком прямолинеен, но буду возражать, если кто-нибудь сочтет меня грубым. Однако, вновь застав здесь Кэйтса, я уставился на него и спросил:

- Вы что, живете здесь?

Он посмотрел на меня в упор и сказал:

- Если это вас интересует, то да, живу.

- Садитесь, мистер Гудвин, - возможно, улыбнулась Фиби, усаживаясь на кушетку. - Я вам все объясню. Мистер. Кэйтс живет здесь, когда бывает в Нью-Йорке. Это квартира его жены. Она не выносит Вашингтон и сейчас обитает во Флориде. Я не могла достать номер в гостинице, мистер Кэйтс уступил мне квартиру, а сам перебрался к друзьям. Этого достаточно для вашего оправдания?

Я, естественно, почувствовал себя дураком.

- Что ж, выясню у вашего домовладельца, - попытался я отшутиться. - Пока что я тороплюсь, правда, все зависит от того, торопится ли инспектор Кремер. Я звонил вам час назад, но никто не отвечал.

Она потянулась за сигаретами.

- Должна ли я оправдываться перед вами и в этом? Я выходила поесть.

- Вам от Кремера не звонили?

- Нет. - Она нахмурилась. - Я ему нужна? Зачем?

- Я только что отвез ...

... кнет, но все же...

Некоторое время в кабинете царило молчание. Но вот Вулф прикрыл глаза и пробормотал:

- Ты упустил одно обстоятельство...

- Какое же?

- Основной мотив. Если условно, только в виде рабочей гипотезы, принять все, что ты тут наговорил, следует обязательно задать вопрос: что могло довлеть над моим мышлением в прошлый вторник, шесть дней назад, когда я, предположим, и в самом деле нашел валик?

- Именно это я и пытался объяснить. Кроме того, не могло довлеть, а довлело.

- И все же ты не учел одного - мисс Гантер.

- То есть?

- Она поставила перед собой задачу показать подлинный характер и лицо Национальной ассоциации промышленников, как можно сильнее ее скомпрометировать, используя убийство Буна. Она проявила замечательное упорство, смелость и изобретательность, но была убита. Рассуждая по-прежнему гипотетически, и этот факт, факт ее убийства, следовало обязательно использовать для достижения той благородной цели, которую мисс Гантер ставила перед собой. Получилось так, что я оказался в идеальном положении, чтобы помочь ей, мертвой, в том, чего она с такой настойчивостью добивалась, будучи живой. Именно этого обстоятельства ты не учел в своих рассуждениях.

Я долго смотрел на Вулфа, потом сказал:

- Если это действительно было основным мотивом, тогда ко всем чертям профессиональную этику! ...