... рацкие обвинения, в них было что-то запальчиво-ребяческое, когда нет чувства правоты в споре, но есть лишь мечта сохранить лицо.

- Я устал! - кричал Витечка. - Я не могу так больше!..

И плакал. Я с острым стыдом думала, что не испытываю ни гнева, ни унижения, а только щемящее желание его легонько отшлепать, прижать к себе, утешить, вытереть с лица слезы.

Но не могла этого сделать. Потому что выработанным за долгие годы знанием его чувств я видела, что он не хочет от меня утешения и мира. Ему нужен сейчас скандал, раздор, злость. Он хотел плакать.

- Ты всегда делаешь вид, будто согласна со мной, что понимаешь меня и сочувствуешь! - горевал он о своем умершем чувстве. - А сама ты радуешься в глубине души моим неудачам! Тогда ты счастлива мы с тобой пара неудачников.

Оба сидим в теплом дерьме! Союз неудачливых талантов! Нам обоим не повезло в жизни, и мы вместе до гроба - дураки оба!.. Ты хочешь превратить наш дом в заказник убогости - ферму придурков и неудачников...

- Витечка, я не считаю себя неудачницей... - робко попыталась я остановить его.

- Конечно! - взвился он. - Неудачник- я один! По щекам его катились легкие детские слезы - без соли, без горечи, без муки. Ему становилось от них легче. Витечке было сейчас приятно плакать, так же, как бывает приятно смеяться.

- Витечка, давай прекратим этот разговор, - предложила я.

- И делай как знаешь...

Он быстро вышел из комнаты, и в ванной с рокотом и ревом забушевал кран, будто ...

... нить мне о тех словах, что сказал мне днем. Но и упрямой насупленностью бровей демонстрировал твердую решимость ни от чего не отказываться.

- Смотрите, смотрите, - сказал Сережка, показывая на экран. - Это папан смешно придумал...

В недрах телевизора бушевало драматически-счастливое действо - на эстраде крутились блестящие стеклянные барабаны, пересыпая внутри себя патрончики белых скрученных бумажек, потом в барабан опустила пухлую ручку девочка с бантиками, достала одну бумажечку и показала комиссии - на электрическом табло вспыхнули цифры и сообщение из ненаучной фантастики- `выпал максимальный выигрыш - 10 000 рублей`, какой-то мужчина, совершенно случайно оказавшийся в тиражном зале с единственной своей счастливой облигацией, хладнокровно поднимался на сцену с видом человека, уставшего от этих непрерывных и постоянных выигрышей, даже в чем-то надоевших ему. Но дикторский голос, котовьи-сытый, увещевающе-ласково, многообещающе сообщил нам, что владелец максимального выигрыша становится снова избранником фортуны - ему предоставляется право ВНЕОЧЕРЕДНОГО приобретения легкового автомобиля `Волга` ГАЗ-24!

И в следующем кадре счастливчик с лицом просветленным, полным чувственного наслаждения, с выражением бурного блаженства шикарно катит за рулем белой `Волги` в сопровождении яркой блондинки с развевающимися на ветру волосами.

Покупайте облигации!

Сережка сказал с восторгом:

- Во-о, зыко! Молодец, папан! - потом повернулся ко мне...

... , так-сказать, придает особый смысл всему собранию. Поручиков...

- Так-так-так, интересно, - перебил Кравченко. - Следствие не предприняло мер к розыску Тер°шкиной?

- Нет, я нашла ее сама, - сказала я. - Собственно, Бурмистров и арестовал Ларионова после того, как я установила личность Глухоманова и мы стали требовать розыска Тер°шкиной...

- Так, с этим пока ясно. Какие у вас еще есть соображения? - спросил Кравченко.

- Достаточно изъять журнал регистрации рабочего времени в АПУ, и будет ясно, что в тот момент, когда они были в ресторане, Поручиков записан присутствующим на исполкоме. И это врут, они вс° врут! Да таких противоречий полно.

- Для характера драки, в общем-то, и не важно, были они в ресторане, в такси или на исполкоме, - заметил Кравченко. -

Я запальчиво перебила:

- Нет, мне кажется это важным - я говорю о том, что они в принципе не вызывают доверия, поскольку все, что они говорят, они врут! Но следователю Бурмистрову выгоднее не замечать этого, лучше быть ему бюрократом, чем откровенным мерзавцем...

Прокурор сдержанно усмехнулся:

- Ну, что поделать, бюрократов у нас так много, что иногда удобнее действительно выглядеть нерадивым работником.

Старик, сидевший молча, сказал:

- В первом правовом уставе России - в Регламентах Петра 1 - сказано, что если канцелярский служитель не справляет должность добросовестно, он должен быть повешен за ребро на крюк...

Прокурор засмеялся:

- О-о-о, боюсь, что есл...