... ать в Лландриндод, - говорила мисс Спенс. - Если вы быстро поправитесь, доктор Либбард смилуется над вами.

- Я только на это и надеюсь. И в самом деле, сегодня мне гораздо лучше.

Мистеру Хаттону стало стыдно. Если бы не его черствость, ей было бы лучше не только сегодня. Он утешил себя тем, что ведь речь идет о самочувствии, а не о состоянии здоровья.

Одним участием не излечишь ни больной печени, ни порока сердца.

- На твоем месте я не стал бы есть компот из красной смородины, дорогая, - сказал он, вдруг проявляя заботливость. - Ведь Либбард запретил тебе есть ягоды с кожицей и зернышками.

- Но я так люблю компот из красной смородины, - взмолилась миссис Хаттон, - а сегодня мне гораздо лучше.

- Нельзя быть таким деспотом, - сказала мисс Спенс, взглянув сначала на него, а потом на миссис Хаттон. - Дайте ей полакомиться, нашей бедной страдалице, вреда от этого не будет. - Она протянула руку и ласково потрепала миссис Хаттон по плечу.

- Благодарю вас, милочка. - Миссис Хаттон подложила себе еще компота.

- Тогда уж лучше не вини меня, если тебе станет худее.

- Разве я тебя, милый, когда-нибудь в чем-то винила?

- Я не давал тебе повода, - игриво заметил мистер Хаттон.

- У тебя идеальный муж.

После завтрака они перешли в сад. С островка тени под старым кипарисом виднелась широкая, ровная лужайка, где металлически поблескивали цветы на клумбах.

Глубоко вздохнув, мистер Хаттон набрал полную грудь душистого теплого воздух...

... тил уйму времени на пациентов, подолгу сидел у их постели, излучая печаль взглядом, и вел тих.. печальную беседу - собственно, ни о чем. От него исходил приятный запах, безусловно антисептический, но в то же время неназойливый и тонкий.

- Либбард? - удивился мистер Хаттон. - Почему вы здесь?

Моей жене стало хуже?

- Мы весь вечер старались связаться с вами, - ответил мягкий, грустный голос. - Думали, вы у Джонсона, но там ответили, что вас нет.

- Да, я задержался в дороге. Машина сломалась, - с досадой ответил мистер Хаттон. Неприятно, когда тебя уличили во лжи.

- Ваша жена срочно требовала вас.

- Я сейчас же поднимусь к ней, - мистер Хаттон шагнул к лестнице.

Доктор Либбард придержал его за локоть.

- К сожалению, теперь уже поздно.

- Поздно? - Его пальцы затеребили цепочку от часов; часы никак не хотели вылезать из кармашка.

- Миссис Хаттон скончалась полчаса тому назад. Тихий голос не дрогнул, печаль в глазах не углубилась. Доктор Либбард говорил о смерти так же, как он стал бы говорить об игре в крикет между местными командами. Все на свете суета сует, и все одинаково прискорбно.

Мистер Хаттон поймал себя на том, что вспоминает слова мисс Спенс: `В любой час, в любую минуту...` Поразительно!

Как она была права!

- Что случилось? - спросил он. - Умерла? Отчего?

Доктор Либбард пояснил:

- Паралич сердца, результат сильного приступа рвоты, вызванного, в свою очередь, тем, что больная съела что-то неудобовари ...

... ку, лежавшую на кровати.

- Если с тобой что-нибудь сделают, я не останусь жить.

Она приподнялась в постели и, держа его за плечи на расстоянии вытянутых рук, впилась ему в лицо таким взглядом, точно они виделись в последний раз.

- Я люблю тебя, люблю, люблю! - Она притянула его к себе вялого, покорного, - прижалась к нему. - Котик! Я не знала, что ты так любишь меня. Но зачем, зачем ты это сделал?

Мистер Хаттон высвободился из ее рук и встал. Лицо у него побагровело.

- Ты, кажется, убеждена, что я действительно убил свою жену, - сказал он. - Это просто дико! За кого вы все меня принимаете? За героя экрана? - Он начинал выходить из себя. Все раздражение, весь страх и растерянность, владевшие им целый день, вылились в ярость против нее. - Боже! Как это глупо! Имеешь ли ты хоть малейшее понятие об интеллекте цивилизованного человеческого существа? Неужели я похож на человека, который убивает всех походя? Ты, верно, воображаешь, что я влюбился в тебя до полной потери сознания и с легкостью решился на такое безумство? Когда вы, женщины, поймете, что любви до потери сознания не бывает? Человеку нужно одно: спокойная жизнь - то, чего вы как раз не хотите ему дать. Я сам не понимаю, какого черта мне понадобилось жениться на тебе. Это была глупейшая шутка. А теперь ты твердишь, что я убийца. Довольно, хватит с меня.

Твердо ступая, мистер Хаттон пошел к двери. Он знал, что наговорил ужасных вещей, недопустимых вещей, что надо немедленно вз ...