... тровой рукояткой, заряженного. - Жанна его никогда не видела - или чьих-то писем - авторы их были ей неизвестны.

Мало-помалу, несмотря на остававшиеся пробелы, я восстанавливала перед собой свой внутренний облик, и он явно не совпадал с моим нынешним.

Я не была так глупа, так тщеславна, так жестока, как прежняя Мишель. Мне ничуть не хотелось ни напиваться, ни бить по щекам неугодившую прислугу, ни плясать на крыше автомобиля, ни бросаться в объятия шведского бегуна или первого встречного юнца, у которого красивые глаза и нежные губы.

Все это могло казаться мне необъяснимым после пережитой мною катастрофы, но самым поразительным было не это. Особенно невероятной казалась мне прежняя моя душевная черствость: узнав о смерти крестной Мидоля, я в тот же вечер отправилась кутить и даже не поехала на похороны.

- В этом была ты вся, - повторяла Жанна. - Да притом никто же не говорит, что у тебя не было сердца. Я хорошо тебя знала. Ты могла чувствовать себя очень несчастной. Это выражалось в приступах вздорного гнева, а в последние два года - чаще всего в непреодолимой потребности ложиться в постель с кем попало. В глубине души ты, наверное, думала, что все кругом - сплошной обман. Когда нам тринадцать лет, это называют разными красивыми словами: жажда нежности, сиротская доля, тоска по материнскому теплу. А когда нам восемнадцать, вместо красивых слов употребляют отвратительные медицинские термины.

- Что же я такого ужасного сд...

... с ответил, что, насколько ему известно, у мадемуазель Изоля нет кузины, но все-таки согласился дать номер телефона и адрес Ми: `Резиданс Уошингтон`, улица Лорда Байрона.

Выходя из телефонной будки в подвальчике ресторана. До назначила себе срок: позвонить Ми не раньше чем через трое суток. Она вернулась в зал, где ее уже ждали друзья: две сослуживицы и молодой человек, с которым она познакомилась полгода назад: месяца четыре они целовались, а еще два он был ее любовником. Он был худощав, симпатичен, немного не от мира сего, недурен собой, служил страховым агентом.

До снова села рядом с ним, поглядела на него, нашла, что не такой уж он симпатичный, не больно хорош собой, не очень-то витает в облаках - в общем, настоящий страховой агент. Она снова спустилась вниз, в телефонную будку, и позвонила Ми, но не застала ее.

Девушку, говорившую без итальянского акцента, удалось заполучить к телефону только через пять дней, после многократных ежевечерних попыток До дозвониться к ней с восемнадцати часов до полуночи. В тот вечер До звонила из квартиры Габриеля, страхового агента, который спал рядом, накрыв голову подушкой. Была полночь.

Вопреки всем трезво-скептическим предположениям, Ми помнила об их встрече. Она извинилась, что все эти дни не бывала дома. Вечером поймать ее трудно. Впрочем, утром тоже.

У До были заготовлены всевозможные хитроумные формулы, чтобы иметь повод для встречи с Ми, но сказала она только ...

... льским выговором сказал, что пойдет с нами. Он остался в коридоре.

Притворив дверь в спальню. Жанна прислонилась к ней спиной. Она взглянула на меня и заплакала.

- Жанна, скажи мне, кто я.

Она покачала головой - глаза ее были полны слез - и ответила, что не знает. Ничего она больше не знает, знает только, что я ее крошка, ее доченька. А кто я - ей безразлично.

- Ты так хорошо знала Мики, ты не могла ошибиться. Знаешь меня...

Ведь ты хорошо знала ее, правда?

Но она качала головой, качала головой и твердила:

- Нет, нет, клянусь, я совсем не знала, перестала знать Мики за эти четыре года, она избегала меня как чумную.

- Да что произошло четыре года назад? Но Жанна плакала, плакала, прижимала меня к себе и повторяла: `Ничего, ничего не произошло, вздор, один поцелуй, всего лишь поцелуй, и ничего больше, но она поняла превратно и с тех пор не выносила моего присутствия - но она просто не так поняла`.

Она вдруг грубо отстранила меня, вытерла слезы и стала укладывать мои вещи в чемодан. Я села на кровать рядом с нею.

- Я кладу три пуловера, - сказала она уже спокойнее. - Если тебе что понадобится, попросишь у меня.

- Жанна! Мики все знала.

Но Жанна качала головой и твердила: `Пожалуйста, ну пожалуйста, не надо об этом, ничего она не знала; знала бы - тебя бы здесь не было, погибла бы ты`.

- Почему ты хотела убить ее? - схватив Жанну за руку, вполголоса спросила я. - Из-за денег?

Она зам ...