... совершенно необходимо вернуться в Нью-Йорк к вечеру, так как я договорился встретиться и пообедать с одним приезжим редактором. В понедельник ему предстояло вернуться в Чикаго. Он хотел приобрести одну вещицу, за которую я рассчитывал получить не менее тысячи долларов, и поэтому я ждал этого обеда с большим нетерпением.

Джереми пообещал, что мы вернемся точно к назначенному часу, добавил, что заедет за мной через часок, и повесил трубку. Легкий фланелевый костюм и отменный аппетит - вот, пожалуй, и все, что мне понадобится. Ровно через час я услышал, как он просигналил, и выскочил наружу. И тут же остановился в изумлении. Потому что Джереми приехал не в своей легковой машине марки У-16, как обычно, нет, он сидел за рулем закрытого фургончика. Я сразу почуял неладное.

- Лусиус, - сладко пропел Джереми. На его пухлом розовом личике за толстыми стеклами очков в роговой оправе радостно поблескивали голубые глаза. - Как я рад, что ты едешь! Какой денек, а? Мы отлично проведем время!

Он как-то странно произнес слово `время` и загоготал при этом. Я залез в машину, уселся рядом с ним и хмуро уставился на него.

- Джереми, - суровым тоном сказал я, - можешь мне объяснить, с каких пор ты стал водителем грузового автомобиля?

- Э, видишь ли, - смущенно хмыкнул он, - у меня тут гости, и я подумал, что в фургоне им будет, наверное, лучше. Во всяком случае, никто не станет на них глазеть, разинув рот.

...

... но перевел дух.

- Лусиус, - обратился он ко мне, - наступил торжественный момент. Вот мы стоим здесь сегодня, а там перед нами - день вчерашний. Король, Дама, Джокер, вперед!

Обезьяны бесстрашно покатили по направлению к мерцающей дымке прошлого, воскрешаемого резонатором Джереми Джупитера. Одна нога крутит педали, одна рука бьет в барабан, в другой руке открытая перед глазами книга - в таком виде они устремились в далекое прошлое далеких предков.

Джереми зачарованно провожал их глазами. Но я тронул его за плечо и заставил оглянуться.

- Посмотри туда, - сказал я ему. - Там день завтрашний.

Джереми Джупитер обернулся, и глаза его чуть не вылезли из орбит.

Позади нас, на таком же расстоянии, затянутое легкой дымкой, возникало еще одно пространство. Оно было из стекла и хрусталя. Вдаль уходила широкая улица, по обе стороны которой выстроились дома с плоскими крышами. Стены домов сверкали на солнце как драгоценные камни, а над крышами зданий скользили какие-то воздухоплавательные аппараты.

- О господи, - только и мог вымолвить Джереми. - Мой резонатор создает дополнительный эффект, обертон. Я... я...

Позади нас послышался дикий вопль. Мы разом обернулись. За несколько секунд до этого шимпанзе разъезжали по жестким пескам протерозойской эры, колотя в свои барабаны. Внезапно из-за деревьев показалась гигантская голова с оскаленной пастью и горящими красными глазами. Затем ка...

... тец? Где вы?

- Это Дэвид! - задохнулась Эдит. - Это он!

- Нет, нет! - в голосе Марка звучал неприкрытый ужас, ибо из темноты по-прежнему доносилось:

- Папа, мама! Вы там, наверху? Подождите, я сейчас!

- Пусти же меня! - зарыдала Эдит. - Дэвид, сынок, мы здесь! Мы идем!

- Эдит! - прерывающимся голосом начал Марк. - Если ты хоть когда-нибудь любила меня, послушай! Тебе нельзя туда! Дэвид... я опознал его только по кольцу, какие носят у них в классе. Он сгорел - сгорел страшно!

- Я иду к нему! - Эдит бросилась к ступеням, по которым уже поднималась окутанная мраком высокая фигура. Марк, похолодев от смертельного ужаса, рванулся ей наперерез, но поскользнулся и ничком упал на тротуар. Эдит уже сбегала по ступенькам навстречу темному силуэту.

- Дэвид, - всхлипывала она, - Дэвид, мальчик мой...

- Мама, мамочка, - сын крепко обнял ее. - Я так виноват. Это ужасно.

Но я не знал, что случилось, пока не добрался домой и не увидел, что вас нет, а тут позвонил один из наших ребят и все рассказал, и я догадался, что произошла ошибка, и вы должны быть здесь, взял такси и помчался, но меня высадили у противоположного входа, и я искал вас там, внизу...

Господи, бедный Пит!

- Пит?..

- Пит Фридбург. Он сидел за рулем нашей старушки. Я одолжил ему ключи и права. Я не должен был, конечно, но кто мог знать - он ведь старше меня, и он так просил...

- Так это Пит ...