... Возможно, насмешки Влома задевали его, но он этого не показывал. - У меня проворные пальцы, но эта жара... иногда я мечтаю о приступе озноба.

- Озноба! Я о нем слыхал. На этот раз, Цветик, ты не получишь от меня ни камня. Озноб убил бы тебя.

Глаза Первоцвета сузились. Атон сидел, не шевелясь, ибо знал, что этот человек никогда не попытается сам найти гранат, если его запасы не на исходе, и что он почуял выгодную встречу. Когда Первоцвет голодал, развлечения нарушали монотонность тюремной жизни, а Влом, наработав на несколько пайков после неудачи с голубым гранатом, наверняка был готов сыграть снова.

- Ты уверен, что достаточно знаешь об ознобе? - вежливо спросил Первоцвет.

- Что тут знать? - Влом ковырял сломанный ноготь на ноге. - Мой дружок умер от него, протянул ноги - это я знаю. Он оказался по своим делам на одной плачете и не подозревал, что там свирепствует озноб. Не понял, что и у него самого озноб, пока не стало слишком поздно. Наверняка я подхватил эту штуку от него, а ведь мне не сходить к врачу, как ему. Он все холодел, холодел - и умер.

- На Хвее, моей родине, была эпидемия в 306-ом, - сказал Атон, поскольку заметил по некоторым признакам, что Влом уже на крючке и заплатит дань. - Она началась в первый месяц года. Мой прадедушка Пятый оказался после нее сиротой. Скосило треть планеты.

- Значит, пандемия, а не эпидемия, - сказал Первоцвет. - О...

... ? Кто-то совершил Тяжелый Поход?

- Наружу должен быть путь, - сказал Первоцвет. - Если бы найти его!

Г_д_е_-_т_о_ должна напасть химера.

- Может, эти самые животные никогда и не нападают, - сказала темноволосая женщина.

Атон так и не знал ее имени. Со времени первого спора, она им очень интересовалась, но остерегалась играть в открытую. Боялась Гранатка... или просто была умнее. Она не была ему безразлична: ее способность раскидывать волосы в своего рода платье намекало на чувственность одежды. Ничто так не бесполо, понял он здесь, как нагота.

- Может, и нет никаких зверей, - продолжала она. - Мы ни одного не видели.

- Я видел саламандру... - начал было Влом, но осекся.

- Саламандру, да, - сказал Первоцвет. - Но здесь речь о человеке, увидевшем и выжившем. Потому-то мы и говорим `химера`, воображаемое чудовище. Но клянусь Хтоном, для нас _э_т_о_ - не только воображение. - Его взгляд пробежал по трупу.

- Наружу выбрался некий доктор, - рассудительно продолжал Атон. - Он совершенно обезумел... но обрел свободу.

Головы повернулись в его сторону. Разговоры прекратились.

- Д_о_к_т_о_р_? - выдохнул Первоцвет.

Атон протянул руку за гранатом, и все рассмеялись.

- Кажется, пять лет назад. Так и не выяснили, как он умудрился бежать. Его поместили в психбольницу.

- Бедокур! - крикнул кто-то.

- Он клялся, что выбрался...

- Значит, есть тропинка...

- ...

... истеричной силой. Я могу в мгновение ока убить голыми руками. Могу схватить человека за жилы на шее и разодрать их. Могу засунуть пальцы ему под ребра и вырвать грудную клетку.

Могу воспользоваться длинными ногтями, по-кошачьи впиваясь в лицо своей добычи, могу ломать шеи и откручивать головы. Могу точно воспроизводить порезы и царапины, оставляемые когтями животного, а также полусжеванные, полурваные следы нападения. У меня в тайнике есть специальные приспособления, чтобы подражать следам призрачной химеры, и делаю я это в считанные секунды. Я не сумел протащить эти приспособления вниз и потому изготовил их сам, в тайной лаборатории, где у меня имеется крепкий металлический пресс и небольшая доменная печь для плавки железной руды.

Камень, сам понимаешь, для этого неудобен. Я пробил дыру на поверхность, чтобы незаметно выпускать дым и гарь. То и дело приходилось подниматься вверх и отгонять от дыры ротозеев, потому что я не хотел, чтобы кто-то совал нос в мои личные дела. Моя лаборатория звуконепроницаема, чтобы никто не слышал грохот. А еще у меня есть собственная железная дорога, параллельная нашему пути в Тяжелом Походе, так что я могу подвозить свои орудия всякий раз, когда возникает нужда в очередной казни. У меня есть особые устройства для уничтожения кровавых следов, и, конечно же, я ношу закрывающую все тело одежду, наподобие космокостюма, уберегающую от кровавых брызг; я снимаю ее...