... пожелаю, поможет мне еще до окончания условленного трехмесячного срока вновь стать женщиной. И ничего более - ни знака, ни взгляда, ни легкого движения век. Вашему непроницаемому выражению лица я противопоставила свою решимость, как у нас издавна повелось.

Моему другу, доктору Рюдигеру, которого вы цените как ученого, хотя и считаете человеком безвольным, пришла в голову спасительная идея: когда я вышла из вашей комнаты, он смерил меня наглым мужским взглядом, присвистнул и заметил: - Жаль-жаль, красотка!

Удачно сказано. Только это и можно было сейчас сказать, но впечатление от его слов держалось всего один миг.

Две недели, которые нам остались, мы заполняли всяческими пустяками, дурачились и куролесили, что вы, кажется, принимали за веселье. (В эти дни каждый проявил себя, как мог: Рюдигер пользовался случаем поцеловать мне руку, заведующая лабораторией Ирена забывала привести ко мне свою маленькую дочь, когда давала ночью приют очередному мужчине, а Ееата - лучшая женщина-химик, какую вы, профессор, знаете, - намекала, что завидует мне. О, избавьте меня от всяких примитивных излияний, скажете вы.

От вашей неуравновешенности, вспышек настроения, всевозможных промахов.

И меня бы удивило, если бы вы за все эти десять лет-с тех пор как незадолго до экзаменов запрограммировали меня этой фразой - хоть раз заметили, что я не владею собой. Поэтому-то, как поняла я из одного замечания вашей секретарши, я вполне замен...

... ете я мучаюсь от желания увидеть вновь в братском единстве слова `ум` и `разум`, ведь некогда, пребывая в сумбурно-созидательном лоне языка, они, пока мы их навек не разлучили, означали одно и то же...

Никогда бы я, Иначек, не посмел называть предметы теми же словами, какими называл их, будучи женщиной, если бы мне пришли на ум другие слова. Правда, я помнил, что значил для нее `город`: бездна вновь и вновь ведущих к разочарованию, вновь и вновь зарождающихся надежд. Для него же - иначе говоря, для меня, Иначека, - город значил скопление неисчерпаемых возможностей. Он - иначе говоря, я, Иначек, - был опьянен городом, тот внушал ему, что он обязан здесь все и вся завоевать, а женщина во мне еще не разучилась умело напоминать о себе или в зависимости от ситуации отходить в тень.

Эпизод из моей автопрактики вас не убедит, но, быть может, позабавит. О том, что женщины плохо ориентируются и потому, даже имея хорошие навыки вождения, никудышные водители, сказал мне в первый же час занятий мой инструктор, желая подготовить к противоречивым реакциям водителей и пешеходов - как женщин, так и мужчин на женщину за рулем. Это сбило меня с толку в вопросах, в которых прежде, как мне казалось, я хорошо разбиралась, и я уже начала смиряться с мыслью, что водить машину дело нелегкое. Пока меня в начале второй недели моего мужского существования на середине оживленной Александерплац не подвел мотор. Тут мне не оставалось нич...

... идет на подмогу. Честно говоря, никакого SOS я давать Косте не собирался. Еще не хватало подставлять старого товарища, да и что Костя мог сделать. Это не в редакции давать по шее за перевранные столбцы.

- Генеральная, это надо мост перейти, - сказал мне прохожий в голубом синтетическом тулупе.

- Который? Вон тот? - Я показал ему за дома, за длинные предвечерние тени, стрелами сходящиеся к реке. Там, где она невидимо от меня струилась, плоскими ладонями кверху было положено на воду длинное металлическое существо. Молчаливо и медленно по нему проползали блошки.

- Нет, - ответил горожанин в тулупе. - Тот мост через Бжу, а тебе нужно за Бежинку. Там мосток деревянный, пойдешь за дома - увидишь. А хочешь - поезжай на автобусе, остановка у парикмахерской. Как мост переедешь, на второй остановке сходи.

- Спасибо, - сказал я и угостил тулуп сигаретой.

День кончался удачно. В графе `Покушения` - прочерк, со старинным товарищем, другом молодости боевой, когда революционными ножницами состригали бороду Марксу, - повидался, коньяк пил, сейчас вот, коли повезет, проверю версию Кости.

Насчет Гаврюхина-Лашенкова у меня были сомнения. Трое суток без воздуха под водой - это, конечно, довод. Но пить в ресторанной компании, да еще ввязываться в дурацкий по существу спор. Такое не в правилах моих подопечных. Хотя все может быть. Эволюция!

Мосток был неширокий - за домами улица прова...