... ены чести нести Героя-Солнце.

Старейшина братства Изюбра запротестовал - то ли из смелости, то ли по глупости:

- Я всю прошлую ночь пропьянствовал с Ячменным Зерном, и он лично обещал мне, что этой чести удостоятся Изюбри. Я требую объяснения, почему вместо нас избраны Лоси?

Командир бесстрастно взглянула на него и наложила стрелу на тетиву.

Однако она была достаточно искушена в политике, чтобы стрелять в кого-либо из могучего братства Изюбря.

- В эту ночь Джона Ячменное Зерно воодушевляло, видно, что-то другое, а не дух Великой Богини. То, что Лоси будут сопровождать Героя-Солнце по пути в Капитолий, было решено недавно. Как зовут Героя-Солнце? Стэгг. И притом только лося. Самца изюбря всегда звали просто быком.

- Да, все так, - согласился глава Изюбрей, побледнев при виде стрелы.

- Мне не нужно было слушать Джона. Но по традиции очередь была наша. В прошлом году была очередь Львов, а в позапрошлом - Баранов. Следующими должны были быть мы.

- Так бы и случилось, если бы не это.

И она указала в направлении Пенсильванской авеню.

В шести кварталах от Белого Дома проспект упирался в гигантское здание бейсбольного стадиона. Но еще выше подымалась в небо сверкающая игла корабля, который Земля не видела семьсот шестьдесят лет. Всего лишь месяц назад, в конце ноября, он с грохотом и пламенем опустился с неба и приземлился в центре игрового поля.

- Ты права, - кивнул глава Изю...

... ожению. Но Стэгг догадался, что он исподволь подталкивал пленника к тому, чтобы тот сам высказал такое пожелание.

- Разумеется! Просто я так устал, что плохо соображаю! - горячо откликнулся Раф. - Мы запрем тебя в другой комнате.

Эта комната была в том же доме, но по другую сторону внутреннего двора. Из окна ему было видно окно комнаты Мэри. Света там не было, но луна хорошо освещала двор. Питер отчетливо видел бледное лицо Мэри, плотно прижавшееся к стальным прутьям.

Ожидание длилось минут двадцать. Затем раздался долгожданный звук ключа, вставляемого в замок обитой железом двери.

Скрипнули несмазанные петли, и дверь отворилась. Вошел Абнер с большим подносом в руках. Он поставил чашу на стол и крикнул часовому, что позовет его в случае надобности. Часовой попробовал возразить, но осекся, увидев свирепый взгляд Абнера. Он был из местных и имел причины бояться этих филадельфийских головорезов.

- Смотри, Рогатик, - промурлыкал Абнер, - какую чудесную еду я принес! Ты догадываешься о том, что за это будешь у меня в небольшом долгу?

- Разумеется, буду, - ответил Питер. Он был уже готов на все, что угодно ради еды. - Ты принес более, чем достаточно. Но если позже я захочу еще, ты мог бы легко достать?

- На спор. Кухня чуть дальше по коридору. Кухарка ушла домой, но я ради тебя охотно выполню женскую работу. Как насчет поцелуя в знак благодарности?

- Т...

... осклабился и скомандовал:

- О`кэй. Выстраивайтесь за мной. Попробую первым. Я не имею права просить вас, ребята, делать то, что является моей обязанностью.

Один из игроков предложил:

- Может быть, пропустить его в `дом`?

- Что? - вскричал Майти. - Чтобы потом всякий подбашмачник, всякий юбочник, всякий идолопоклонник из Ди-Си смеялся над нами? Нет! Если мы и должны умереть, умрем как подобает мужчинам!

- Пять, - объявила девушка. Казалось, сердце ее вот-вот разорвется.

- У нас нет ни единого шанса! - простонал кто-то. - Он вдвое быстрее каждого из нас. Мы для него, что ягнята на алтаре.

- Я - не ягненок, - взревел Майти. - Я - Кэйси. Мне не страшно умереть! Я-то попаду на небо, а этот парень будет жариться в аду!

- Семь!

- Ну, давайте! Давайте! - кричал Стэгг, размахивая обрубком биты. - Подходите, господа, испытайте свою удачу!

- Восемь!

Майти приготовился к прыжку, губы его беззвучно шевелились в молитве.

- Девять!

- ОСТАНОВИТЕСЬ!

16

Из-за деревьев выбежала Мэри Кэйси, протестующе размахивая руками.

Она обняла Майти и стала его целовать, слезы хлынули из ее глаз.

- О, брат, брат, я уже думала, что никогда тебя не увижу!

- Возблагодари Мать за свое спасение, - сказал он. - Значит все, о чем говорил этот рогатый, правда? - Он немного отстранил ее от себя и внимательно осмотрел. - Он тебя не обижал? ...