... сверток и развернул. Этот было красивое, на вкус Ролнека, платье из очень тонкой шерсти, сшитое на сургарский манер.

Девушка тронула платье, взяла в руки, каким-то чисто женским движением приложила к себе.

Слуги, не дожидаясь ее ответа, ушли.

- Здорово! - оценил Смирол, по-прежнему сидящий на полу со штанами в руках. - Тебе очень пойдет. - Он уже сообразил, что если девушка наденет платье, его почти новые штаны вернутся к нему. - Померяй!

- Нет, - сказала она равнодушно, аккуратно сложив платье и бросив на лавку.

- Ты обманешь ожидания нашего радушного хозяина, - заявил Смирол, возвращаясь к штопке штанов. - Он определенно положил на тебя глаз.

- Мерзкий паук, - отозвалась девушка.

- Я уверен, он пошлет гонца к Логри, чтобы тебя отдали ему, - проговорил Смирол лукаво. - Что же ты тогда будешь делать? Откажешься?

- Нет, - ответила девушка спокойно. - Не откажусь.

Ролнек вскинул на нее глаза. Что-то недоброе почудилось ему в интонации. Почудилось? Или в самом деле скрытая угроза? Ох, святые небеса, да что же это за девка такая?

Марутту сразу заметил, что его подарок остался без внимания.

- Почему ты не приняла платье? - спросил он.

- Не хочу, - сказала она. - В платье неудобно.

Марутту улыбнулся:

- Зато, я уверен, в нем бы ты была красавицей.

- Ты смеешься надо мной, государь? - кротко спросила она.

Она не была красивой, и вряд ли это могло исправить самое красивое платье. Неровно стриженные рыжеватые во...

... енение разбойничков. - Теперь сложи все обратно как было, живо!

Тот, что обыскивал сумку, торопливо уложил хокарэмскую одежду; второй в это время пятился, отодвигался от опасности, которую сам на себя вызвал.

Девушка забрала свою сумку, повесила на плечо и не оглядываясь пошла прочь.

Подобные инциденты неизбежно могли повториться и в дальнейшем;

девушка задумалась, ища выход из этой неприятной ситуации, но ничего не удавалось придумать, пока на одном из перекрестков она не увидела неспешно бредущего к югу странствующего певца.

Девушка догнала его и объявила:

- Я иду с тобой.

- Куда? - полюбопытствовал удивленный ее появлением певец.

- Не все равно, куда? - отозвалась она. - Главное, нам по дороге.

- Как тебя зовут, дитя? - спросил ее певец. Это был невысокий старик, одетый в небогатую, но новую и чистую одежду, с кэйвеской лютней за плечом.

- Тебе-то что за дело? - раздраженно ответила вопросом девушка. Она шагала рядом со стариком; такой спутник ее устраивал - грабители не нападают на певцов, даже на богатых: певцов охраняет обычай.

- Мое имя Ашар, - сообщил старик. - В этом нет тайны. А ты знаешь какие-нибудь песни?

- Знаю, - буркнула девушка. - Спеть тебе?

- Не надо, дикая моя лаангри, - ответил он. - Похоже, ты не в том настроении, в котором поют песни...

Девушка между тем подумывала, что напрасно она нагрубила, отказавшись назвать свое имя. Но, с другой стороны, какое же имя назвать старику?

Савири или Сав...

... у, и полупрозрачный хвост был, как нитка, заправлен в ушко этой громадной иголки. Потом Руттул сказал: `Пойдем со мной`, и Карми, вместе с ним покинув глайдер, оказалась внутри фотонника. На что это было похоже?

Пожалуй, на переходы Лорцоского замка - с такими же нишами и бойницами.

Навстречу попадаются люди, одетые в такую же одежду, как у Руттула, только других цветов, а один из них показался Карми совсем знакомым. Смирол!

Тонкий, изящный, рыжий Смирол в ярко-синем костюме, отделанном золотом.

Его глаза с улыбкой смотрят на нее, да только согнутый крюком большой палец правой руки будто ненароком поднесен к горлу в хокарэмском знаке молчания. Потом они вдруг оказались рядом, одни, и уже можно поговорить...

`Не выдавай, - просит Рыжий, застенчиво улыбаясь. - Не выдавай меня`. - `Что ты, Рыжий, миленький, зачем ты здесь, тебя же убьют!` `Не убьют, если ты промолчишь`, - улыбается Смирол.

- Тебе что-то приятное снилось, девочка? - спрашивает Нелама, осторожно будя Карми. - Логри вернулся, вставай, не иначе, тебя скоро позовет. А что, хороший был сон, зря разбудила?

- Может, и хороший, - рассмеялась Карми. - Да говорят, когда покойник во сне чем-то угощает, не к добру это.

- Не к добру, - подтвердила Нелама. - К смерти это.

- О-ой, - молвила Карми. - Разве ж хокарэмы в вещие сны верят?

- Не верят, - отвечала Нелама. - Да только я на старости лет суеверной малость стала.

- Сегодня я не умру, - сказала Карми. - Я это знаю.

- Не пройдет и...