... ь красивой, если б не горькая складка у губ и недобрый огонек в зеленых, как у кошки, глазах. На ней было ярко-красное платье, расшитое черным жемчугом.

- Это Ровена, - произнес Ашер, глядя на портрет, как зачарованный.

- Кто? - переспросил Ивин, выводя друга из столбняка.

- Извини, - смутился тот. - Это Ровена, младшая сестра моей матери. Она... обладала странной властью над людьми.

- Гм... И что же с ней случилось?

- Ее убили, - тихо ответил Ашер.

- Сердце?

- Нет, убили по-настоящему. Закололи кинжалом.

- Ничего себе, тихая планетка! - пробормотал Ивин.

- Мне было тогда всего шестнадцать, - продолжал лорд. - На меня эта смерть произвела очень тяжелое впечатление.

Ивину показалось, что Ашер оправдывается в чем-то.

- Но ты говорил об обеде? - напомнил он, меняя тему.

- Да-да, - встряхнулся Ашер. - Так вот. Марго утверждала, что именно леди Ровена подходила к ней и даже касалась ее.

- Погоди, - озадаченно перебил Ивин. - А разве Марго - не дочь Ровены? Она же твоя кузина!

- По линии отца. Марго - дочь его старшего, рано умершего брата.

- Понятно.

- На девятый день, - продолжил свой рассказ лорд Ашер, - Ровена вновь сошла с портрета. Я сидел на том конце стола, мне прислуживал Дженкинс - мой личный лакей; горели свечи. И вдруг я заметил, что тени на картине как-то странно двигаются. Я спросил Дженкинса, не замечает л...

... лей этого типа в качестве горючего используется жидкость под названием `уоль`. Что в переводе на человеческий означает - вода. А уж воды на этой планете предостаточно.

В последующие часы все попытки найти Жана Матье ни к чему не привели. В ближайших деревнях его не оказалось; впрочем, как свободный человек, он вполне мог отправиться путешествовать по стране, занимающей около тысячи квадратных километров. При нынешнем положении вещей в Теплых Землях скрыться от правосудия (что бы не подразумевалось под этим словом) не представляло большого труда. Обо всем этом с грустью поведал Ивину капитан гвардейцев Марк - рыжеволосый плечистый парень с открытым лицом.

Он был похож на крестьянина, а не на придворного. Так оно и оказалось. Марк принадлежал к поколению, омытому недолгой волной просвещения. После того, как она сошла на нет, крестьянский сын, не в силах вынести прежнее существование, отправился в замок, дабы послужить своему лорду, которого он боготворил. Несмотря на многие трудности и разочарования, Марку удалось сделать карьеру благодаря своим недюжинным природным данным.

- И что, доволен ты службой?

- Какое там! Среди этих лакеев да интриганов... Чуть было они нашего лорда не извели. Если бы мечом, а то все хитростью, и ничего не поделаешь: дисциплина. Теперь только все начинается...

- Какие у вас отношения со спецстражей?

- Никакие. А если честно, не нравится мне их контора...

... железу, долго и надсадно. Потом так же неожиданно перестал, и в наступившей тишине стал слышен отдаленный гул. Лев Ивин наконец понял, что происходит, и стал озираться в поисках укрытия. Память подсказывала ему, что где-то рядом должен быть замаскированный вход в бомбоубежище. Гул стремительно нарастал, тени заслонили солнце. Страх парализовал волю, и осталось только одно желание: исчезнуть, слиться с землей, стать прахом у ног. Раздирающий душу свист разорвал пространство и время...

Ивин путешествовал по мирам своей памяти. Но все они представали в какой-то искаженной перспективе, и вырваться из цепких объятий смертельных иллюзий не было никакой возможности.

Наконец, сыщик оказался на Лигейе. Он стоял посреди цветущего сада, пышная зелень была покорна легким порывам ветра. Но ветер не принес свежести: веяло сладковатым запахом гнили, а гибкие ветви деревьев теряли цвет, превращаясь в белесые тонкие нити, паутиной оплетающие мир. И по этой паутине, безобразно переступая конечностями, приближался огромный серый паук с человеческой головой. Лицо его было скрыто маской. Тогда Ивин вдруг стал расти - он легко порвал паутину и вырвался на простор, но оказался на дне огромной зеленой чаши, а вокруг стремительно сжимались белые зубы гор. Они должны были сомкнуться на шее, и Ивин уже чувствовал их леденящий холод, но в это время над головой вспыхнул ослепите...