... Доктор Льюисон мысленно улыбнулся: молодые люди относятся к подобным выходкам легкомысленно. А Джоан Майлз в это время видела белеющий в свете луны космический корабль яйцевидной формы, тихо приземляющийся на выпачканный смолой гравий, его стекловидную оболочку и открывающуюся дверь и старого Ги Маннинга, приветствующего корабль вежливым поклоном и поднимающегося на его борт. `Чтобы спуститься вниз, ключ ему не нужен, - подумала она. - Что касается путешествий подобного рода, то чтоб совершить их, не требуется никакого ключа, по крайней мере из тех, какими пользуются у нас на Земле`.

Но вслух сказала совсем другое:

- Когда он взирал сверху на город, он обычно щурил глаза и качал головой из стороны в сторону - вот так. Сперва я этому удивлялась, потом поняла, что он по-своему воспринимает все, на что смотрит - здания, флагштоки, облака, звезды. И точно так же он качал головой, когда смотрел в бинокль. Он сказал мне однажды, что изучает звезды - не только крупные созвездия, но и более мелкие образования, входящие в них и очень похожие друг на друга. Он любил повторять, что этой работы ему надолго хватит. У него было пространственное воображение.

При этих словах мистер Саркандер хмыкнул:

- Старики всегда проверяют свое зрение. Хотят доказать себе и другим, что оно у них нисколько не меняется с годами, даже становится лучше.

Джек Пенроуз, словно в оправдание Ги, заметил:

- Он никому не...

... ое лицо из-за черного муслина, прикрывающего вырезанные в маске отверстия. Я ответил, что она угадала.

- Вы придете ко мне сегодня вечером? - спросила вдруг женщина. - Я не могу отблагодарить вас сейчас, а кроме том, вы сможете помочь мне кое в чем другом.

Я все еще обнимал ее за талию, чувствуя, как дрожит ее тело, и ответил на эту немую просьбу, как и на выраженную словами, сказав:

- Конечно.

Она назвала мне адрес - номер апартамента где-то к югу от Ада - и время. Потом спросила, как меня зовут, и я представился.

- Эй, вы!

Я послушно обернулся на окрик полицейского, который распихивал небольшую толпу женщин в масках и гололицых мужчин. Кашляя от дыма, оставленного кабриолетом, полицейский попросил у меня документы. Я дал ему самые главные. Он взглянул на них, потом на меня.

- Английский торговец? Долго вы собираетесь пробыть в Нью-Йорке?

Сдерживаясь, чтобы не сказать `как можно меньше`, я ответил, что буду здесь около недели.

- Вы можете потребоваться как свидетель, - объяснил он. - Эти мальчишки не имеют права использовать против нас газы, и если сделали это, их следует арестовать.

Казалось, он считает, что самое главное в происшествии - дым.

- Они пытались убить эту женщину, - подчеркнул я.

Полицейский с умным видом покачал головой.

- Всегда делают вид, что хотят это сделать, но на деле хотят только сорвать платье. Я уже задерживал потрошителей...

... Ровно в 22.00 я стоял у дверей квартиры моей незнакомой подруги.

Электронное устройство спросило мою фамилию. Я четко ответил: - Вистен Тюрнер, - гадая, закодировала ли она мое имя в механизме. Вероятно, да, потому что дверь открылась. С бьющимся сердцем я вошел в небольшую пустую гостиную.

Комната была меблирована дорогими современными пневматическими подножками и лежанками. На столе я заметил несколько книг, и та, которую поднял, оказалась типичным криминалом о двух женщинах-убийцах, пытающихся уничтожить друг друга.

Телевизор был включен, на экране одетая в зеленое девушка в маске плаксиво пела о любви. В правой руке она что-то держала - я не разобрал, что именно. Заметив, что телевизор снабжен осязателем, которых в Англии еще не было, я с интересом сунул руку в отверстие возле экрана. Вопреки ожиданиям все было не так, словно я сунул руку в пульсирующую резиновую перчатку, а скорее так, как если бы девушка с экрана действительно держала меня за руку.

За моей спиной открылась дверь, и я поспешно вырвал руку из осязателя; можно было подумать, что меня поймали на подглядывании в замочную скважину.

Девушка стояла в дверях спальни и, казалось, дрожала. На ней была серая шуба с белыми пятнами и серая бархатная вечерняя маска с серыми кружевами вокруг глаз и губ. Ногти ее покрывал серебряный лак. Мне даже в голову не приходило, что мы куда-то пойдем.

- Нужно было ск...