... тных и еще меньше птиц.

Хуже всего были изменения, происшедшие со спутниками Грейдона.

Насколько они радовались первым успехам, настолько же впали в уныние сейчас. Старрет постоянно напивался и то шумно и сварливо ссорился, то угрюмо о чем-то думал.

Данкре стал молчалив и раздражителен. Сомс, по-видимому, пришел к выводу, что Старрет, Грейдон и Данкре сговорились против него; либо они сознательно пропустили, либо вообще стерли знаки-указатели. Только когда эти двое присоединялись к Старрету и напивались индейским самогоном, которым нагрузили одного из осликов, они веселели. В такие моменты Грейдон видел, что все неудачи они готовы приписать ему и что его жизнь может оказаться подвешенной на тонкой ниточке.

В тот день, когда началось великое приключение Грейдона, он возвращался в лагерь. С утра он охотился. Данкре и Сомс вместе отправились в очередной раз на отчаянные поиски утраченных знаков.

Как бы в ответ на свои предчувствия, Грейдон услышал оборвавшийся на середине женский крик: материализовались смутные опасения, охватившие его, когда он несколько часов назад оставил Старрета одного в лагере. Грейдон чувствовал, что близка какая-то кульминация неудач, - и вот ответ! Он побежал, поднялся по склону, поросшему серо-зелеными algarrobas, к их палатке.

Сквозь густой подлесок выбрался на поляну.

Почему девушка больше не кричит? До него донесся смех, хриплый, на...

... ал бы, если бы не хитрость и мудрость Матери.

Этот Властитель был Нимир.

Его победили, но не смогли уничтожить. Однако благодаря своим знаниям Властители заточили его. Как говорит древняя легенда, они заточили его в скале.

А на скале высекли Лик - изображение самого Нимира. Не в насмешку...

у них была определенная цель... но никто не знает, какая это цель. И они привели в действие силы, которые, пока существует земля, будут держать Нимира взаперти. О драгоценностях, о текущем золоте легенда ничего не говорит.

- Сделав это, шесть Властителей и Мать Адана вернулись в Ю-Атланчи. И надолго воцарился мир.

- Прошло много времени. Один за другим те, чьи глаза созерцали Властителя Зла, уставали и открывали Двери Смерти. Или Двери Жизни, производя детей и затем уходя в темный вход - такова плата за детей в Ю-Атланчи! И вот наступил день, когда не осталось никого, кто знал бы всю правду, кроме горстки создателей снов, но кто же поверит создателям снов?

- Война, ставкой в которой был весь мир, превратилась в легенду, в притчу.

- И вот не так давно, если измерять время по меркам Ю-Атланчи, возник слух, что злой Властитель возродился. Вернее, его Тень; Тьма, шепчущая Тьма; бестелесная, но ищущая тела; обещающая все на свете тем, кто повинуется ей; шепчущая, шепчущая, что она и есть Властитель Зла. И что урды, люди-ящеры, ее рабы.

- Впервые услышав слух о Тени и ее шепот, мы ...

... угодно... но пусть он будет занят тобой.

Кон!

Из тени появился человек-паук, печально посмотрел на бормочущего Грейдона.

- Следи за ним внимательно, Регор. Кон поможет тебе удержать его.

Когда его позовут с полной мощью, его силы иссякнут. Если потребуется, свяжите его. Но я бы не хотела этого... у меня есть причины. Но Нимир его не получит. А, я этого боялась! Готовься, Тиддо!

Зеленый свет, ярче дневного, заполнил Запретную землю. Смертоносные тени исчезли, алый свет в облаках погас. На лугу между храмом и озером возник столб сверкающего зеленого огня. Поднимаясь, он ревел. Пульсировал в медленном регулярном ритме. Вокруг него, над его вершиной, у его основания сверкали молнии, гремел гром, как потоки разбивающегося стекла.

Под этим ужасающим блеском сражающиеся на лугу застыли и стояли неподвижно, потом в панике бросились к укрытиям.

Отовсюду крылатые огненные фигуры понеслись к столбу, сливались с ним, питали его

- Его последняя ставка, Тиддо, - прошептала женщина-змея. - И, может, лучшая.

Властитель Глупости кивнул и встал возле устройства с хрустальными стержнями. Завертелись два больших диска. Женщина-змея скользнула к одному, к другому, управляя рычагами в их основании. Их скорость постепенно замедлялась.

- Да помогут мне мои предки! - прошептала женщина-змея.

Еще медленнее вращались диски. И все меньше становилось огненных фигур, п...