... начиналась сразу же за лобовым стеклом. Тут молодой водитель не на шутку испугался. Видимо, `автопилот` подвел его, и он отклонился от обычного маршрута в сторону. Но куда? Где он сейчас находится? Николай включил дальний свет, который выхватил из темноты группу крупных деревьев. Николай резко затормозил.

В салоне автобуса стояла гробовая тишина. Все чего-то ждали. Но вот двери с шипением открылись, и в автобус ворвался сырой запах леса.

Никто не решался выйти наружу первым. Затаив дыхание, люди смотрели в открытые двери. Черная пустота, стоявшая в дверях, давила на психику и вселяла страх в души.

Наконец здоровяк в адидасовской куртке громко выдохнул и шагнул в пустоту. Темнота тут же сомкнулась за его спиной.

-- Черт знает что такое! -- послышался его ворчливый бас. -- Куда нас завез этот безмозглый кретин? Здесь же кругом лес!

Все пассажиры, кроме багроволицего гражданина, продолжавшего спать на заднем сидении, столпились у передней двери автобуса. Интеллигент, теперь уже без газеты, высунулся наружу и принюхался.

-- Что вы говорите? -- с недоумением спросил он. -- Какой лес?

Здесь не может быть никакого леса.

-- Значит, я вру? -- послышался из темноты вызывающий голос обладателя адидасовской куртки, а вслед за ним появился и он сам. -- А вы сами выйдете и посмотрите. Да выходите же, не бойтесь!

Интеллигент легко спрыгнул со ступенек на землю, а вслед за ним не спеша сошел столяр Климов.

-- Действительн...

... л бы искать защиты у такого чудовища, каким наверняка в их глазах представляется наш автобус, скорее он согласится принять смерть от руки своего соплеменника.

Климов сплюнул от досады.

-- Повезло алкашу, -- процедил он сквозь зубы.

-- А вы не завидуйте, -- проговорила Мария Семеновна, -- еще не известно, чего ему пришлось натерпеться. Не от веселой жизни, я думаю, он голым скачет по холмам, преследуемый дикарями. Я уверена, что пять минут назад он так же завидовал вам, как вы ему сейчас.

В лагерь возвращались другим путем. Новый пассажир, пес Первый, занял достойное место в кабине водителя рядом с Николаем.

Вместо двенадцати часов в лагерь прибыли в половине второго. Еще одно огорчение ждало колонистов. Как будто великан прошелся по лагерю огромной метлой, разметав бревна, заготовленные для частокола и аккуратно сложенные, и походную кухню Марии Семеновны. Кроме всего прочего исчезли запасы медвежатины, припрятанные кухаркой.

Олег Павлович хмуро оглядывал ужасный беспорядок.

-- Интересно, кто бы это мог быть? Зверь или человек?

-- Человек, -- ответил Николай, указывая на еле заметный след на траве. Пес Первый яростно лаял в сторону леса.

-- Чует непрошеных гостей, -- сказал Борис. -- Мне кажется, здесь были те, кто напал на Лепешкина, или их соплеменники.

-- Маленькие, смуглые, живущие на деревьях, -- в раздумье произнес Николай, вспоминая рассказ бухгалтера. -- Судя по отпечаткам ног, это действительно...

... Мы не можем рисковать ими. Лучше выждать. Я же не отказываюсь от вашего плана окончательно, я лишь предлагаю отсрочить его до лучших времен.

-- Да и вы поймите, -- парировал Климов, -- что мы здесь живем, как на вулкане, и лишний день, даже лишний час, проведенный в этом мире, может стоить всем нам жизни. Как раз именно потому, что среди нас женщины и мы не имеем права рисковать, я считаю ваш план абсурдным.

Олег Павлович только развел руками. Спор был прекращен теми, кто выдвигался в качестве главного аргумента, то есть женщинами. Они полностью поддержали инженера, и оппозиционерам пришлось сдаться.

И снова потянулись дни...

На исходе третьей недели дом был почти готов, но проем в заборе оставался открытым, так как возникла трудность с петлями, обойти которую пока что не представлялось возможным. Климов ломал голову над этой проблемой днями и ночами, но ответа не находил.

Однажды вечером Николай, проводив колонистов ко сну, расположился с псом Первым у костра и приготовился коротать отведенные ему часы дежурства в одиночестве. Климов, собиравшийся было составить Николаю компанию, сослался на нездоровье и пошел спать.

Николай потеребил собаку за ухом и, вздохнув, обратился к ней со следующим монологом:

-- Ну что, псина, хорошо тебе тут живется? На воле, на природе, среди лесов и рек, как далекие твои предки. Небось у прежнего своего хозяина дни и ночи коротала в темном коридоре, где-нибудь в пыльном углу на рваном пол...