... илиан против.

С этого дня жизнь Питера резко изменилась. Он теперь не существовал, как прежде, а жил полноценной жизнью, навечно запечатлев в своем сердце образ такой дорогой ему Лилиан. Все его думы были о ней, все его помыслы были обращены к тем двум-трем часам, которые ежедневно они проводили вместе. Ее голос, ее смех, ее улыбка, ее отдающие золотом волосы, ее бездонные голубые глаза - разве могло быть на свете что-нибудь прекрасней?

Он мог часами сидеть и думать о своей Лилиан, забывая об окружающем его мире. Питер стал рассеян, запустил дела, и Крафт не раз уже делал ему выговор. Но юноша жил словно на другой планете. Даже госпожа Додж, его квартирная хозяйка, как-то раз заметила ему:

- Господин Селвин, что с вами случилось? На вас лица нет. Уж не больны ли вы?

- Я счастлив, дорогая госпожа Додж! Счастлив! - воскликнул Питер, сияя ослепительной улыбкой. - Вот чем я болен!

Добрая женщина понимающе улыбнулась.

- Дай вам Бог как можно дольше болеть этой болезнью...

Как-то раз, возвращаясь со свидания и, как обычно, ликуя в душе, он заметил у самого своего дома чью-то тень. Кто-то, скрываясь за кустами, явно старался остаться незамеченным. Питер не придал этому значения, вполне резонно полагая, что к нему это отношения иметь не может, но когда подобное повторилось и в следующие дни, он забеспокоился. Неужели за ним следят? Но кому он мог понадобиться? Кому он перешел дорогу?.. Теперь он постоянно ловил на себе чьи-то взгля...

... лем. Я забросил все другие дела, оставил преподавание в университете, отказался от рецензирования научных статей, - словом, порвал все невидимые нити, связывавшие меня с внешним миром. Спустя несколько месяцев после открытия Вердье я самостоятельно пришел к тем же выводам, что и мой бывший сокурсник. Мне удалось найти способ синтеза Т-поля с помощью гипотетической установки, которой, к сожалению, я не обладал. Но такую установку, как я узнал, уже создавали в военном ведомстве, и работы по ее созданию близились к завершению. К тому времени я знал о Т-поле столько, сколько, пожалуй, не знал никто, кроме, разумеется, ее крестного отца - Роберта Вердье. Я решил держать под негласным контролем работы военного ведомства в этой области. Когда был создан испытательный полигон, я поселился в заброшенной хижине высоко в горах, чтобы иметь возможность наблюдать за его деятельностью. Тогда-то и родилась легенда об отшельнике Магнусе, которую, должен признаться, я сам и создал. Вот этим самыми руками я сконструировал и собрал некий прибор, который способен был реагировать на малейшую дозу Т-излучения в атмосфере. С его помощью я зафиксировал четырнадцать экспериментов, проводимых на полигоне и не выходящих за его пределы. Но потом был пятнадцатый... Пятнадцатый эксперимент стал трагедией. В отличие от тебя, Питер, я в тот день был слишком высоко, и косвенное Т-поле не достигло моей хижины, иначе бы я стал... Жаль, конечно, что я им не стал. Ну ничего, Питер, теперь мы ...

... , - задумчиво проговорил профессор Магнус. - Удивительная судьба у человека.

Питер вкратце рассказал своему другу о событиях на полигоне, после чего друзья направились к деревенской площади.

Праздник мало волновал Питера. Пробираясь сквозь ликующую толпу, он явно кого-то искал, и профессор Магнус прекрасно знал - кого. Питер видел своего старого друга Стива, лихо выплясывавшего в самом центре площади, и Джейн рядом с ним, видел Питера-младшего, так и сидевшего на высоком тополе, видел отца в кругу друзей... Но он нигде не встретил мать.

Госпожа Селвин, обеспокоенная встречей с незнакомым молодым человеком, больше не могла оставаться на площади и вернулась в дом. Странные предчувствия терзали ее душу, незнакомец не выходил из головы. Кто он?

Почему он так волновал ее? Она не могла этого понять.

Профессор Магнус предусмотрительно остался во дворе, а Питер вошел в родительский дом и нос к носу столкнулся с матерью.

Госпожа Селвин ахнула и всплеснула руками.

- Питер! - прошептала она и кинулась сыну на шею.

Инстинкт матери, вопреки очевидной логике, подсказал ей правду.

Эпилог

Целую неделю Питер прожил в доме родителей. Питер-младший принял `брата` восторженно, отец отнесся к юноше настороженно, зато мать была бесконечно рада сыну.

- Был у меня один сын, а теперь - два! - хвасталась она перед соседями.

Профессор Магнус стал частым гостем семьи Селвинов. Чтобы как-то объяснить появление нового член...