... икакого смысла. Вероятно, то была увертка человека, не желающего ничего объяснять.

Но объяснения были уже, пожалуй, и не нужны. Звук раздался в третий раз, почти рядом, а потом Федоров и Изнов, и не подумавшие, разумеется, закрыть глаза, увидели тех, кто эти звуки издавал.

Они обтекли телегу двумя ручьями. Длинные и приземистые, на кривых лапах, с великолепным мехом - длинным, густым, переливавшимся всеми цветами радуги. Опаловые глаза, перечеркнутые горизонтальной щелью зрачка, скользнули по телеге, по воинам но копья были выставлены, хотя солдаты не смотрели на зверей, глаза их на напряженных лицах смотрели прямо, вдоль улицы. Резкий запах, похожий на мускусный, хлестнул по ноздрям терран. Зверей было десятка три, может быть, больше. Палач снова вцепился в Изнова: лошади пошли рысью, они тревожно кричали, крик их напоминал оглушительное кваканье. Воины бежали, не отставая. Но длинные, плоские морды радужных зверей уже повернулись к тротуару. Люди там (всё же это были люди, черт возьми, хотя и не такие, как мы) стояли безмолвно, неподвижно. Все глаза были подняты вверх, никто не смотрел на зверей, руки - ладонь и кулак - были ритуально сложены. Те, что носили балахоны, высоко подняли жезлы и смотрели на людей, смотрели внимательно. Вдруг, словно была дана команда, все опустились на колени. Звери поравнялись с одним из разрывов в сетке. Высота тротуара не удержала их, мягким, мгновенным...

... ь часов туда, где мы в то время будем находиться. Привезешь сам. Наличными. Быстро: да или нет?

- Да! - не задумываясь, ответил коммерсант.

- Советник! С какой стати... Почему?! - одновременно заговорили посол и Меркурий. Прекослов нахмурился. Гост смотрел на Федорова, прищурясь.

- Объясню потом. Уже некогда.

Тяжелые бутсы топали перед самой дверью.

*

- Клянусь своими ушами, - сказал Гост, - сейчас они снова дверь сломают. Ну, что за скверная привычка: каждый раз обязательно что-нибудь сломать.

Дверь и правда отлетела от сильного удара ногой. Дюжина солдат ворвалась в комнату (все-таки не хотелось никому называть ее камерой), окружила троих путешественников. В два счета им завернули руки за спину, защелкнули наручники. Вошел старший, видимо - офицер, тоже в тускло-сером, отблескивавшем металлом комбинезоне, поверх которого была надета как бы короткая пелеринка. Скомандовал; к каждому из арестованных подскочили по два солдата, стали по сторонам и подтолкнули к выходу. Гост и прекослов невозмутимо держались в сторонке; коммерсант непонятным образом испарился - вроде не выходил, но и здесь его больше не было. Офицер окинул комнату взглядом. Спросил, ни к кому в частности не обращаясь:

- Перевозку оплатят сами, или за казенный счет?

- Собственно, - ответил ему прекослов, - сию минуту клиентура не в силах, но при согласии на краткосрочный кредит....

... события приняли воистину трагический оборот. Четверо собредов избивали одного, уже лежавшего на полу и лишь закрывавшего голову руками. Лицо поверженного было в крови. Он скорчился, приняв позу младенца в материнской утробе. Нападавших это, кажется, лишь раззадоривало.

- Это уже не бокс, - констатировал Федоров. - Это футбол. Напоминает мне финальный матч на кубок Терранской Федерации. Знаете, в целях безопасности я запретил бы собредам входить в зал в обуви. Нужны мягкие шлёпанцы, как в музее. Ну, что же - начнем, пожалуй...

И, приблизившись к игрокам вплотную, Федоров сделал выпад. Ближайший к нему собред, нелепо взмахнув руками, грохнулся на пол рядом с жертвой. Повернувшись, советник нанес оказавшемуся перед ним бойцу удар, в благородном искусстве каратэ носящий название ТЕЙСО УТИ - основанием ладони от бедра. Удар пришелся тому снизу под подбородок.

Противник взлетел на воздух и грохнулся. Федоров отскочил. Нанес третьему МАЕ ГЕРИ КИКОМИ, - ногой, параллельной полу. Оппонент согнулся, ухватившись за живот, и медленно осел, потом повалился набок, откусывая воздух, как колбасу. Четвертый вовремя отступил.

- Приступаем к эвакуации, - скомандовал советник посольства. - Берите его под руку, как любимую девушку...

Сам он подхватил избитого собреда с другой стороны.

- Куда мы с ним? - пробормотал Алас.

- Сперва к нашим. А там подумаем...

Они протащили избитого через зал, тот царапал пол носками...