... овна, поддакивала подоспевшая Елизавета Павловна. Похоже, обе рассказывали о том, о чем всегда говорят никчемные люди, у которых своего ничего нет: о великих предках, о старинном дворянском роде, даже княжеском, голубой крови.

В огромной красной столовой Александра усадили в кресло. Появился лакей, похожий на генерала, быстро и ловко застелил скатертью стол. Еще два лакея, младших по рангу, принесли целую гору пирожных, расставили чашки, положили серебряные ложечки.

`Быховского бы сюда,-- подумал Засядько.-- Того хлебом не корми, дай только повращаться в светском обществе. Правда, этот сынок кошевого поиздевался бы над ними всласть. И все с улыбочками, комплиментами`.

Мария Степановна сказала значительно:

-- Сейчас придет Юрий Николаевич. Он в кабинете. У этих военных всегда дела...

Через несколько минут бесшумно распахнулась дверь, мелькнула ливрея лакея. В столовую вошел грузный мужчина с красным лицом. Засядько быстро взглянул на трехцветный шарф с золотыми кистями, нагрудный знак и шпагу с вызолоченным эфесом. `Ого, полковник!`

Александр вскочил, вытянулся. Полковник благосклонно кивнул, позволяя сесть, и сам опустился в приготовленное кресло напротив. Женщины смотрели на него выжидательно.

-- Слышал о вас, юноша,-- сказал полковник густым хрипловатым голосом.-- Вы сильный и храбрый человек. К тому же, насколько я понял из данной вам характеристики, и в науках п...

... выскользнул с виноватой улыбкой. Вслед за ним вышел Барклай.

Засядько поразился, увидев фельдмаршала. Это был все еще железный человек, однако как можно постареть за пять лет, минувших со времен войны с Бонапартом! Тогда он мог скакать на горячем коне и рубиться с молодыми и сильными противниками, а теперь это был старик... Лысый, надломленный старик с печальными мудрыми глазами...

-- Здравствуйте, Михаил Богданович. Я не помешал? -- сказал Засядько, видя, что Барклай держит в руке распечатанное письмо.

-- Нет-нет, скорее напротив... Здравствуйте, Александр Дмитриевич.

Только что получил грустное сообщение из Франции. Вы знали Бертье?

-- Луи Александра?

-- Да. Герой, красавец, умница, не так ли? Поехал в американские колонии, там, в течение восьми лет помогал американцам добывать свободу.

Затем вернулся во Францию, занимал должности начальников штабов...

-- ...Маршал Франции в четвертом году,-- продолжил Засядько, улыбаясь,-- князь Невшательский в следующем, через год -- герцог Валанженский, еще через несколько месяцев -- князь Ваграмский...

-- У вас отличная память,-- заметил Барклай.

-- Мы с ним встречались, когда он после отречения Наполеона перешел на службу к королю Людовику.

-- Д-да,-- сказал Барклай, сразу помрачнев.-- Служба у Людовика...

Как вы уже слышали, Бонапарт еще раз явил миру свою гениальность.

Знаменитые сто дней!

-- А что с Бертье?...

... и стволы ружей.

Угадывались темные фигуры. Казаки негромко переговаривались, кое-кто приблизился на шаг, чтобы лучше слышать. Засядько сказал еще неразборчивее:

-- Саблей тоже уметь надобно... Если кто считает, что он умеет, пусть попробует со мной.

Старший из казаков сказал:

-- Похоже, черти тебе помогли как-то улизнуть. Но со мной так не случится. Эй, Мыкола! Бабу отдаю вам на потеху, а этого угостите колом по башке... Нет, а вдруг опять уйдет? За голову мертвого тоже награда, хоть и чуть меньше. Зато места в мешке займет меньше... Нет, не стреляйте!

Чертовы москаляки проснутся, набегут как мурашва. Они ж только числом могут... Саблями его!

Он отступил, Засядько услышал зловещий свист выдергиваемых из ножен сабель. Сердце замерло, он никогда в жизни не чувствовал такого страха. Он с голыми руками, а враги вооружены острым железом, их много... А с ним Оля, мужественная Оля, которой страшно, но не падает духом, верит в него...

-- Васильев,-- сказал он,-- служит туркам. От них получает деньги.

Неужели вы, славяне, готовы помогать туркам супротив нас, русских? Вы же братья по крови, братья по вере! Мы же все -- православные.

Казак бросил резко:

-- Лучше турки, чем москали! Ребята, руби в капусту! Ежели баба завизжит, руби и бабу!

Засядько увидел блеск на обнаженных лезвиях, спина уже покрылась холодным потом, будто уже туда вонзились сабли, ка...