... еще жива. В этот момент он всей душой желал, чтобы Эмили была мертва - тогда ничто не мешало бы ему бросить ее. Но девушка не умерла, она лишь потеряла сознание. Мысленно выругавшись, пилот взвалил ее на плечи. Пройдя десять шагов, он упал. Не чувствуя сил подняться, он под водой отстегнул ранец Эмили вместе с уже ненужным плоским кислородным баллоном и блоком регенерации воздуха, а потом проделал то же со своим регенератором. Только после этого Роберт смог продолжить путь. Он бросил ранец девушки, не заботясь о его содержимом, и в то же время продолжал тащить неисправный бластер. Вряд ли это могло показаться рациональным; однако самым рациональным, по мнению Роберта, было бы лечь на дно и ждать быстрой смерти от удушья. В самом деле, нельзя было надеяться уйти от огня, а скафандры не могли защитить ни от жара, ни, тем более, от рушащихся в пламени гигантских стволов и ветвей.

Однако пилот продолжал идти вперед со своей ношей на плечах, то и дело сбиваясь с направления и натыкаясь на мертвые стволы. Машинально он отметил, что уровень воды сильно понизился. Причиной тому было упавшее позади дерево, то, что вызвало волну - оно стало плотиной километровой длины. Таким образом, вода в ближайшее время не представляла опасности, но огонь неумолимо приближался, и вскоре идущий сзади красноватый свет стал настолько силен, что Роберт, с идиотской для обреченного экономией, выключил фо...

... в динамик. При этом его движении в яму посыпалась земля, и пленница подняла голову.

- Роберт!

- Тише, тише, здесь полно туземцев. Мне ужасно стыдно выступать в пошлой и презираемой мною роли героя, но я явился вас спасать.

- Наконец-то! - это было сказано без всякой издевки. Эмили действительно уже начала терять надежду.

- Они сумели снять ваш шлем?

- Они пытались меня раздеть, - заявила Эмили с возмущением, - но, разумеется, кроме шлема у них ничего не вышло.

- Держу пари, что вы об этом жалеете, - не удержался Уайт.

- Какая чушь! - только еще не исчезнувшая благодарность к своему спасителю помешала Эмили высказаться резче.

- Вовсе не чушь. Все женщины - эксгибиционистки.

- Много вы знаете женщин! - попыталась уязвить его Эмили.

- Достаточно, чтобы не стремиться узнать их больше, - парировал Роберт. - Вся история женской моды - это история борьбы климата, морали и гигиены с желанием женщины ходить голой. Нынешние облегающие комбинезоны - только новый компромисс в этой борьбе.

- Комбинезоны - это удобно, практично и красиво! Мужчины тоже их носят!

- Да, но мужской комбинезон делается не из такого тонкого материала и не обтягивает так каждую неровность тела.

- Послушайте, может, мы потом продолжим дискуссию? Может, вы сперва вытащите меня отсюда?

- Я за этим и пришел, - кивнул Уайт. - Но прежде нам надо уладить одно дело.

- Какое ещ...

... Что это значит? - осведомился Уайт, старательно изображая спокойствие.

- Это значит, что ваша информация оказалась пустышкой. Мне не предъявлено никаких требований выкупа. Более того, самое тщательное наведение справок по разным каналам оказалось безрезультатным. Ни имперские власти, ни имперское военное командование ничего не знают о моей дочери.

- Может, просто вводят вас в заблуждение?

- С какой целью? Мои уполномоченные предлагали хорошую цену. Не смотрите на меня жадным взглядом, Уайт. Даже если наш разговор записывается, вам не удастся уличить меня в незаконных операциях с Империей. Запрещены торговые сделки, но не переговоры о выкупе.

- Может, вы не к тем обращаетесь? Что, если это дело - частная инициатива коррингартских бизнесменов или мафии?

- Кто бы это ни был, он мог бы получить выкуп, если бы захотел.

Практически без усилий. Но, я повторяю - результат нулевой. А это означает, что действие нашего контракта прекращается.

- Но он заключен на два года!

- Он может быть расторгнут раньше, если будет доказано, что ваша информация не может помочь вернуть мою дочь.

- Отсутствие результатов в столь короткий срок - это еще не доказательство!

- Вы, разумеется, можете защищаться через суд. Скажите, Уайт, вы всерьез надеетесь выиграть процесс против Клайренса?

- Мы, кажется, живем еще в свободной стране, ...