... еснули, но лицо - паутина морщин и складок - не изменилось. Он снова посмотрел на Бореал и кивнул. Один раз.

- Хорошо поешь, - сказал он и ушел к другому покупателю.

Я закинул на плечо суму, взял один сверток и вышел из магазина, на шаг опережая Дел. Когда мы оказались на улице, я задержался, чтобы она поравнялась со мной.

- Хорошо поешь, - озадаченно повторил я. - Он хотел сказать танцуешь?

Дел поудобнее ухватила свой сверток. Лицо ее ничего не выражало.

- Нет, - объявила она. - Он все сказал верно.

А я-то рассчитывал на более развернутый ответ или на объяснение.

Обдумав ситуацию, я решил поосторожничать, не лезть к ней с расспросами и сменил тему.

Вернувшись, мы тщательно поседлали лошадей, не забывая, что Харкихал - последний город перед Границей. Покинув серо-коричневые стены, направившись на Север, я стану чужим для своего мира. Дел возьмет на себя роль проводника, а мне, не знающему нравы и обычаи Севера, останется только подчиняться ей.

Нам придется поменяться ролями и не скажу, чтобы я был очень этому рад.

Дел-то, без сомнения, была довольна.

Но она замкнулась в себе и молчала, пока мы выводили ее застенчивого мерина и моего раздраженного жеребца из деревянной постройки за гостиницей, служившей конюшей. Теперь на широких крупах наших лошадей лежали свертки кожи и меха. Жеребец еще не решил, как относиться к происходящему. Он шел...

... на, чтобы ты ее понял, - Дел показала на Север, предлагая продолжить путешествие.

Я снова повел жеребца вперед.

- Значит ты говоришь, что эти люди, Кантеада, музыканты.

- Нет, - мягко возразила она. - Кантеада это сама музыка.

Я хмыкнул.

- Заметная разница.

- Разозлился, да? - Дел покачала головой. - Я же говорила, ты не поймешь.

- Я понял одно, - объявил я. - Неизвестно по какой причине, насколько я могу судить, нами заинтересовался волшебник и отправил по нашему следу гончих из аид. Может, конечно, он так развлекается, но мне это удовольствия не доставляет, - я хмуро посмотрел на Дел. - Мне не нравится эта история, мне не нравится все, что с нами происходит, даже эта страна мне не нравится, - я глубоко вздохнул, снова помолчал и, заметив, что она еще слушает, продолжил в том же духе. - С той минуты, как мы пересекли Границу, я все время мокрый. Ты наполовину заморозила меня мечом, на меня напали локи, живые и мертвые всадники, за мной гнались заколдованные гончие, мать и дочь лезут ко мне, требуя любви, и все это время ты меня тактично от себя отгоняешь. И ты еще винишь меня, что я разозлился?

Дел задумчиво разглядывала меня.

- Ты устал, - наконец заключила она. - Ты почувствуешь себя лучше, когда поешь.

- Поешь, шмаешь, - проворчал я. - Я почувствую себя лучше только когда мы покончим с твоими делами и вернемся на Юг, где тепло, светло и сухо.

...

... может и не армия. Я мог судить только по ощущениям.

Может всего половина.

Обычно если на вас нападают в городе, то это один или два - или три, или четыре - воинственно настроенных вора, которым очень нужны ваши деньги. Если их цели настолько просты, они появляются из темноты один за другим как волки, надеясь напугать своим количеством и поведением. На простых людях такой прием почти всегда срабатывает, но человеку, владеющему оружием так, как танцор меча, он только дает лишнее преимущество, поскольку появляется время обнажить меч. А если в руках опытного танцора меч, даже аиды знают, сколько атакующих не смогут ничего сделать. Потому что обычно когда один из воров теряет руку - а иногда и голову, если он очень настойчив - остальные всерьез задумываются, не лучше ли им убраться.

Обычно. Но эти дружелюбные ребята не были ворами. По крайней мере я так решил, потому что тактику воров они не использовали. Они просто всей толпой возникли из темноты и навалились на меня. Я упал на спину, захлебнувшись грязью, навозом, кровью, и отчаянно выругался.

А мой меч в ножнах был подо мной, должен я добавить.

Аиды, в таком затруднительном положении я еще никогда не оказывался.

Я лежал, раскинув руки и ноги, а незнакомцы вели себя довольно сдержанно. Кулаки и ноги делали свое дело, но без большого энтузиазма.

Пока кто-то тихо не напомнил им, что я человек непредсказуемы...