... назад, туда, куда улетела искорка. Но, вместо того чтобы по обыкновению топтать её он с двойным остервенением накинулся на погибающего противника. В какой-то момент я прямо-таки ощутил всесокрушающий удар...

* * *

Звезды. Снова звездное небо.

- Ты кто? - спросил я, чувствуя, как противно ворочается во рту мой собственный сухой язык.

- Я проиграл, - печально констатировали из клетки.

- Это не мое дело, - сказал я хрипло и отступил на шаг. Клетка рывком приблизилась. Да будь ты проклят, чудовище! Шибанул в нос запах дыма.

Не так пахнет костер. Не так пахнет очаг. Так пахнет пожарище, розовый мрамор закопчен до черноты, и...

* * *

Бригадир Золотая Узда с удовольствием стянул сапог и размотал портянку.

Пошевелил пальцами, рассеянно прислушался - во дворе истошно вопила женщина.

Деловито распоряжался подбригадок Гудзь - под окнами разгорались колючие кусты, дымился хворост, но спешить покуда было некуда.

Потянувшись невообразимо длинной рукой, бригадир выбрал из кучи душистого барахла шелковый платок с белыми листьями и красными тонконогими птицами.

Подбросил - невесомый шелк надолго завис в воздухе, от него исходил непривычный запах, исходил и тут же тонул в благоухании портянки.

И в запахе дыма, потому что дом уже горел.

Бригадир рывком разделил платок надвое. Удовлетворенно ворча, обмотал новоприобретённой портянкой жесткую, будто каменную ступню. Неторопливо стянул...

... Земля стремительно отдалялась; как летало неизвестное существо, не сказал бы и самый опытный механик. Крыльев не было и в помине - но земля отдалялась, проворачивалась, игрушечными сделались дома, тонкой ленточкой - дорога.

И в этот момент выглянула из-за тучи луна.

Юдка что-то сказал? Или мне померещилось?

Ледяной холод. Мы пронеслись сквозь сизую снежную тучу, я едва не захлебнулся, склонился к шее летающего существа, на секунду зажмурил глаза...

Под нами - темные шпили леса. Дорога, будто ровный пробор, луна и снег;

как красиво, проклятье, как невозможно красиво!

Черное пятно среди леса. Бывший замок Мацапуры-Коложанского. Запахло гарью - или я сам себе придумал этот запах? На такой-то высоте...

Обугленные развалены промелькнули - и пропали. Чистый ветер, носящийся здесь, никогда не узнает ни гари, ни дыма. Густые тени, белое, дымчатое, снег, снег... Пальцы Юдки мертвой хваткой вцепились мне в плечи, но я не ощущал боли.

Какой огромный... какой колоссальный, циклопический мир! Сосуд, как говаривал Юдка. Бесконечные поля до горизонта, и встают, и встают навстречу леса, белыми венами лежат реки. Больно дышать, но хочется, чтобы полет длился вечно.

Поворот!

Край черной тучи горит расплавленным белым металлом. Некто бесформенный, но при этом отменно вежливый, снимает шапку, приветствуя, вероятно, трех всадников на одном летающем коне. Целый рой таких же бесфо...

... судорожным вскриком, вдребезги, в куски; и снова - тс-с-с!

Стук в дверь.

Изнутри; вежливый, деликатный стук костяшками пальцев.

- Князь Сагор желал бы осведомиться: готов ли Логин Загаржецкий, наместник Чужого Венца, скрепить подписями условленный договор? Пауза. И снова:

- Повторяю: князь Сагор желал бы...

Решительно отстранив есаула, кинувшегося было шептать на ухо советы, сотник Логин делает мне знак. Отворяй, мол! чего уж теперь...

Рука разжимается с неохотой. Птенец маленькой ладони выпорхнул на волю;

Денница гладит меня по плечу и отходит к остальным, где рядом с ним сразу становится панна сотникова.

Иду открывать.

Засов.

Скрипят петли. Вот они, трое, медленно выбираются из проема. Герой Рио, безуспешно стараясь не бряцать латами, и коренастый спутник героя, чьи глазки-маслинки целиком утонули под косматыми бровями (Хоста? нет, не похож!), поддерживают с двух сторон под руки...

Не сумев задавить порыв, сотник коротко, по-конски всхрапывает от удивления за моей спиной.

Я понимаю сотника без слов. Если тот глубокий, древний старец, то воплощение немощи, которое только что вывели на донжон, и есть князь Сагор, владыка гибнущего Сосуда... Полагаю, Логин видел его совсем другим; и не далее как сегодня.

`Скоро - завтра...`

Слова моего сына погребальным колоколом отдаются в душе. Сквозь редкие, вылезающие целыми прядями волосы князя просвечивает кожа:...