... ан. Просто я придумал, как изловить это отродье, - сказал он.

Лан покачал головой:

- Ты идиот, Ари. Я бы ни за что не вышел на улицу в потемках.

- Надо же что-нибудь делать, - пожал плечами Ари и усадил Васту в кресло. Лан вздохнул, вопросительно качнув головой:

- Ну, выкладывай, что ты там придумал.

Звезды поблекли, темнота расползлась, уступая место рассвету. Бойт дернулся и пришел в себя. Все тело ломило и жгло, словно его долго топтали в кислотной луже.

Он огляделся. Городок виднелся в полумиле слева. Бойт вскочил, превозмогая боль, и побежал туда, торопясь скрыться, пока окончательно не рассвело. Бежал он по знакомому следу - двойной цепочке четких глубоких отпечатков, внушающих подсознательное смутное беспокойство.

Значит, ничего не вышло. Вчерашняя выдумка не остановила его.

На околице Бойт свернул со следа и задами пробрался к своему дому.

Дверь болталась на легком ветру, распахнутая настежь. Он вошел в комнату и уставился на груду битого кирпича вперемешку со штукатуркой.

Вчера он снял люстру, привязал к крюку в потолке крепкую капроновую веревку с петлей на конце. Еще одной веревкой обвязал массивную чугунную печь. Около полуночи встал на табурет, одну петлю захлестнул на ногах, другую на запястьях. Завалился набок, взвыв от боли в вывернутых плечах, и повис, растянутый между потолком и печью, абсолютно беспомощный. Это было вчера вечером. Больше он ничего не помн...

... ак с отогнутым большим пальцем Григорьев.

- Види! - вплотную возникли еще два кулака - Бугункова и Князева.

- Вици! - теперь кулаков стало шесть.

- Перчатку просьба вернуть, - вздохнули девушки, - она казенная.

- Джентльмены! - Князев поднял руку. - Мы не можем отпустить дам, не напоив их предварительно чаем.

- Ну уж нет! - запротестовали девушки. - После матча. Мы вас ждем на поле через двадцать минут.

И они ушли.

С минуту все молчали. Потом Леваднюк протянул:

- Если мы проиграем, это будет жуть.

- Мы выиграем! - легкомысленно махнул рукой Григорьев. - Или ты думаешь, что эти крали всерьез что-то умеют?

- Думаю, да.

- А я думаю - нет.

Князев вздохнул:

- А какие девочки! Если их больше - вношу предложение передвинуть лагерь ближе к делу.

- Проще уж переманить их сюда, - буркнул Генка. - Пошли кеды напяливать, марадоны...

Через двадцать минут они ступили на поле. Девчонки ждали - их было восемь, все в одинаковых полосатых футболках.

- Ой! - зажмурился Князев. - Я в ужасе. Как с ними играть? Они же меня гипнотизируют!

- Андрюль! Возьми себя в дрожащие руки! - прошептал Шура. - Это они специально проводят психическую атаку, хотят сразить нас наповал.

Девушки были все как на подбор - стройные, длинноногие и симпатичные, словно не футбольная команда, а участницы конкурса красоты. Одна из тех, что приходили в лагерь, вышла впере...

... становился и схватил Максаря за руку.

- Здесь! - прошептал он показывая на стену.

Клим взглянул - почти на самом верху в свете серпика луны смутно угадывалась неровная выбоина.

- Достанем, пожалуй, - оценил Максарь и прислушался: из-за стены не доносилось ни звука.

- Должны, - подтвердил Гордей и обратился к Климу, - становись сюда.

Да упрись в камень покрепче.

Терех стал подле стены, вжавшись в седой лишайник. Гордей ловко взобрался ему на плечи. Максарь, пользуясь живой лестницей, влез на плечи Гордею и дотянулся руками до выбоины.

- Держусь, - сказал он, как следует вцепившись в край.

Гордей повис у него на ногах; Клим уже все понял и когда Гордей выдохнул: `Давай!` полез наверх, по Гордею, по Максарю, и скоро оказался на гребне стены. Уцепившись левой рукой, за кромку, правую протянул Максарю. Максарь уцепился покрепче - выдерживать вес двоих на кончиках пальцев было не так-то просто. Мгновение - и Гордей очутился рядом с Климом. Вдвоем они подтянули Максаря. Тот тяжело дышал.

- Сейчас, - прошептал он. - Сейчас.

Через минуту он пришел в себя.

Внизу было тихо и темно, как в трюме парусника. Бесшумно спустившись, троица впиталась в лабиринт окраинных улиц.

Дом мэра стоял совсем недалеко от стены, кварталах в двух. В окнах его царила тьма, но этого они и ждали. Условный стук в створку ворот, и сразу же распахнулась калитка. Безмолвный, одетый в чер...