... озможное, только бы стать достойным ее гордости... И впервые он понял, что гнев может быть так же силен, как и любовь. Он `грубый варвар`. Что ж, он докажет, что здесь она права. `Пыль под копытами ее коня`. - Что ж, он докажет, что здесь она ошиблась. Для нее ничего не значат ни его любовь, ни верность, ни преданность, что ж, он встанет с колен...

И Великая Буря обрушилась на Королевство. Был день - но пришла тьма, было лето, но выла метель, и молнии раскалывали небо и землю, и ужас сжимал человеческие сердца. Но она была Королевой... И когда он, распахнув дверь, шагнул в ее покои, в ее глазах не было страха. А он стоял и смотрел на нее, и его глаза были как две бездны, и она стояла на самом краю... Но вот он стремительно шагнул к окну и распахнул его в безумие и тьму, а потом рванул Королеву к себе.

- Смотри, - и багровым стало черное небо.

- Смотри, - и огненный снег падал на город, обращая в пепел сады, дома, людей. И дрожала земля, и рушились дома, и скалы, и море.

- Прекрати, что ты делаешь! - В ее голосе сливались ярость и страх.

- Смотри! Ты ведь этого хотела, теперь смотри. - И снова дрожала земля. А он прижимал ее к себе, не давая вырваться.

- Пусть! Не смей! Не надо!

- А что тебе надо? - Он с силой встряхнул ее за плечи. - Что тебе надо? Ты была моим божеством, моей святыней. Годы и годы я исполнял все твои желания. Нежный ветерок навевал тебе прохладу. Солнеч...

... носила маленькую зеленую змейку. В ближайших деревнях ее считали колдуньей, но не боялись. А сын Лорда, правившего в тех краях, был с ней неразлучен. Они вместе бродили по лесу, вместе играли, даже первенство в компании таких же сорванцов они делили поровну. Однако дети взрослеют, и однажды Хранитель застал свою внучку, когда она внимательно разглядывала свое отражение в большом зеркале. Она теперь часто меняла мужской костюм на женское платье, укладывала свои длинные густые волосы в затейливые прически. Но это только дома, ведь Он все равно ничего не замечал, не понимал. Он не видел, что часто смотрят на него с каким-то странным выражением ее зеленые глаза.

Но все же они были друзьями, и у нее была возможность встречаться с ним... Теперь они ездили в основном вдвоем, все их приятели как-то постепенно изменили их компании. Тогда-то они и сделали себе кольца - два одинаковых черно-серебряных кольца, как у героев древности, чтобы узнавать друг друга везде и всегда. Красивой была легенда о кольцах.

Однажды они сидели на берегу реки, у костра, как вдруг послышался топот коней, и к молодому Лорду подъехали его слуги. Старший соскочил с коня и с поклоном сказал юноше, что его отец приказывает ему немедленно прибыть в замок, так как приехала его невеста. Услышав это, девушка побледнела, все поплыло перед ее глазами, но она нашла в себе силы приветливо проститься с ним. Когда он уехал, б...

... яжело:

- Немногим хватило ее, но пусть они будут счастливы... любящие...

Немного помолчал Мастер и снова спросил:

- А где глаза твои, что умели видеть?

- Две звезды пришлось мне зажечь в тумане, чтобы, пройдя сквозь него, сохранить душу...

- Открой свое лицо.

Она не смогла воспротивиться, хотя и не желала этого, и иссохшая тонкая рука отбросила ткань. И содрогнулись от жалости сердца Судей, когда кровавыми глазницами заглянула она в их души и увидела там, какой стала она теперь. Но не вскрикнула, не упала. Только тонкие бесцветные губы сжались сильнее.

- И все же ты любишь его?

- Люблю.

- Ты увидела, что сделала с тобой любовь к нему?

- Люблю.

- Ты хочешь встретиться с ним?

Вздрогнула она от радости и словно рванулась вся навстречу этим словам Мастера, но потом вспомнила о себе и упала подстреленной птицей.

- Нет, пусть он помнит меня такой, какой была я раньше.

- И ты не хочешь, чтобы знал он, чем заплатила ты за его свободу?

- Нет, он не примет такой свободы. - И вдруг она поняла. - Он свободен!

- Чаши весов сравнялись. Жаль, что ты не видишь этого... Равновесие восстановлено.

И незримый нездешне-спокойный голос огласил приговор в душе каждого:

- Он свободен и может творить.

Все вздрогнули. И кто-то из Судей тихо произнес:

- А это значит, что он свободен тем, что свершила ты, Женщина.

И тогда она без сил опусти...