... - с испугом спросила жена Перикла.

- Когда чужестранец наклонился к мальчику и край хитона слегка приоткрылся у него на груди я увидела...

Голос замер от волнения в горле сестры Кимона.

- Что же ты увидела? - еще раз переспросила Телезиппа.

- Женщину! - прошептала Эльпиника.

- Женщину?

- Да, женщину - это милезианка: отошли мальчика и предоставь мне остальное.

Телезиппа приказала мальчику уйти к товарищам, но он не желал этого, он хотел оставаться со своим другом. Телезиппа должна была позвать Амиклу чтобы увести упрямца.

Когда это было сделано, Эльпиника бросила на свою приятельницу многозначительный взгляд, затем гордо выпрямилась, подошла к чужестранцу и поглядела ему прямо в лицо. Юноша сначала старался выдержать взгляд сестры Кимона, но он, казалось, смущал его, как преступника, пойманного на месте преступления. Он невольно опустил глаза, тогда Эльпиника прервала тяжелое молчание и ледяным тоном сказала:

- Юноша, любишь ли ты жаренных павлинов? У Перикла будет подан сегодня павлин за столом, не желаешь ли ты быть его гостем?

- Да, - вскричала в свою очередь Телезиппа насмешливым тоном, - павлин от Пирилампа, павлин, которого купил вчера Перикл. Он хотел подарить его одной ионийской развратнице, но теперь предпочитает съесть его изжаренным.

- Юноша! - вскричала в свою очередь Эльпиника, - не правда ли то, что утверждали твои товарищи в Спарте, что...

... как во сне, что все окружающее море оживилось, что из глубины его поднимались дочери Нерея на морских животных; тритоны толпились вокруг судна, играя свадебную песню на раковинах; среди них выплывала из морских волн Галатея, над которой, как парус, развевалось пурпурное покрывало.

При первых лучах восхода Перикл и Аспазия вдруг услыхали вдали звуки струн. Они звучали, как игра Орфея, которая по старому преданию, с тех пор как певец был брошен в море менадами, часто слышится мореплавателями. И Периклу и Аспазии казалось, что они слышат звуки лиры Орфея до тех пор, пока они не заметили, что игра раздается с триремы Софокла, проходившей мимо них.

Когда с наступлением утра флот снова пришел в движение, друзья поздоровались, и Софокл принял приглашение Перикла посетить его на корабле. Они говорили об Афинах, о близком свидании с друзьями, о празднествах, которые должны были начаться непосредственно после возвращения, и Аспазия еще больше увеличила нетерпение, с которым Перикл желал скорее увидать то, что сделано Фидием в его отсутствие.

Когда совершенно рассвело, при первых лучах восходящего солнца, они увидели священный Делос, `Звезду Морей`, остров Аполлона, освещенный первыми лучами бога.

Не без внутреннего волнения глядел Перикл на этот перл Архипелага, он вспоминал тот день, когда, как подарок бога, с этого острова приплыло в Афины богатое сокровище. Экипаж корабля такж ...

... енон умеет прятаться в уголках. Я видел все, что делал он и его ученики из белого камня, из бронзы, слоновой кости и растопленного золота...

- Ты видел, как он работал с золотом?

При этих словах странная улыбка мелькнула на губах жреца.

- Ты видел, как он работал с золотом, - повторил Менон, подмигивая. - Афиняне отдали в мастерскую золото, чтобы он создал богиню из золота и слоновой кости?

- Конечно, конечно! - отвечал Менон. - Я видел, как он растапливал золото, видел у него целую кучу блестящего, сверкающего золота...

- Послушай, Менон, все ли золото афинян было растоплено, не осталось ли части на пальцах тех, через чьи руки оно прошло?

При этом вопросе нищий, скаля зубы, поглядел на жреца.

- Ха, ха, ха! - громко рассмеялся он. - Менон умеет прятаться, умеет подсматривать. Я видел как он... думая, что он один, что за ним никто не следит... тайно открывал ящик, в котором сверкало спрятанное... ха, ха, ха... блестящее золото... золото афинян... Он запускал руки и, когда нечаянно увидал меня, то от злости пена выступила на губах... Он вытолкнул меня за дверь... он не хотел, чтобы я грелся... Погоди ты, злодей!..

Погрози еще глазами, старый червяк!

И снова нищий с угрозой поднял руку на Парфенон, словно желая разрушить творение ненавистного мастера.

После непродолжительного молчания жрец подошел ближе и шепнул:

- Послушай, Менон, то, что ты говоришь сейчас, ты сможешь ...