... жение на свой счет... Или ты думаешь что-то другое? - встревоженно переспросил он.

Да, Володя думал что-то другое. Ему было от всей души жалко Аркашу, и тянуло как-то его успокоить, сказать то, что тот желает от него услышать. Но и врать не хотелось. Потому-то и сидел почти молча, выслушивая бесконечную историю с известной развязкой...

Вдруг Аркаша оборвал себя (может быть, потому, что тема уже успела исчерпать себя дважды, а то и трижды):

- Да, я ведь о чем звоню-то? Тут с одним моим приятелем что-то не то происходит.

- Ну?

- Ты бы мог ему помочь?

- А я бы мог ему помочь?

- Ты? Ты бы, наверное, мог.

- А может, все-таки лучше в реанимацию?

- Доктор сказал - в морг, значит - в морг. А если серьезно, то я дам ему твой телефон, ты с ним поговори, а то на него смотреть жалко... Да, что до Натальи...

Володя обреченно посмотрел на часы. Был уже третий час ночи...

- 4 -

Зачем же я пред вами, как помешанный,

И слезы лью, и каюсь во грехах?

М. Щербаков.

Проснулся он от телефонного звонка. Час дня. Идти в институт уже просто глупо. Усмехнувшись и зевнув одновременно (жуткое зрелище), Володя потянулся к трубке:

- Алло, Леня?

Удивленное молчание было ему ответом. Наконец собеседник обрел дар речи:

- Э-э-э... Это Володя?

- Да. Здравствуй. Что у тебя стряслось?

- Если можно, не по телефону. Дело...

... тствовал. Ввел ее в довольно странную и неприятную компанию людей, не способных говорить серьезно и так беспощадно издевающихся друг над другом по поводу и без повода, что вполне можно было поверить их клятвенным заверениям во взаимной ненависти. Здесь никто не верил ни во что сверхъестественное, включая Володины способности. Его это, в отличие от Альбины, не обижало и не беспокоило. Более того, он и сам вместе с ними смеялся над `этими бреднями` и как о какой-то хохме рассказывал о том, что недавно в Питере прошел семинар пароапсихологов... Говорить тут было невозможно: все темы они делили на политику и романтику и не признавали ни того ни другого. Тем неприятнее, что в компании ее приняли как свою.

... А не они ли дали Володе наркотики? Может быть. На этого, ну, который сейчас прошел, похоже: подловил момент, когда Вовке было плохо...

Недели две-три назад была у них небольшая размолвка, и Володя на нее сильно обиделся (что ему, в общем-то, не свойственно), вот тут-то, наверное... И Аркаша в связи с этой историей как-то этого их `гитариста` упоминал...

К экстрасенсам она уже обращалась. В ответ они набросали кучу запутанных терминов, из которых, в общем, следовало, что им тут ничего не поделать: для воздействия на Зернова нужен экстрасенс гораздо более сильный, чем он сам. Но, в принципе, стоит Володе самому захотеть, и...

А захотел-то он, судя по всему, как раз обратного, иначе бы не начал колоть...

... пропали из виду.

... Помолчали, отхлебнули еще.

- Слушай, тебе не кажется, что мы создали образ шизующего бога?

- Нет, мне кажется, что мы создали образ хипующего черта.

- В любом случае, его смерть - событие довольно странное. И вообще, зачем так мрачно?

- Тогда, может быть, так?

- Алло, Сид? Из больницы давно выпустили? Когда на тренировках появишься? Да, тренер просил передать, что так тебе и надо, и когда придешь - будешь отрабатывать защиту...

- Алло, Володя? Здравствуйте. Как Ваше здоровье? Вы не забыли, что через неделю семинар? У Вас доклад. Да, пока Вы болели, председателя правления сеяли. Ромоданова добилась своего. Теперь председатель - Думов...

- Привет, Бродяга. Так я насчет двадцати рублей...

Все шло своим чередом. Леня готовился к отъезду. Жорж сидел на компьютере и обсуждал с Саней и Сэмом планы ближайшего похода. Альбина и Лида, не знающие, что Сид сбежал из больницы, собирали передачи, и Марина тоже думала, что надо бы. Барковский бросил институт. А женщина, которую снял наконец Аркаша, оказалась на редкость вульгарной.

И, видит бог, сказать мне больше нечего,

Да больше и не скажешь ничего.

М. Щербаков.

IX. 1990 - IV. 1991...