... придумать какое-нибудь язвительное замечание, но в голову ничего не приходило.

- От всего этого можно спятить, - шумно вздохнул Джесси.

- Спятить?

- У меня такое ощущение, что я наелся ядовитого астрагала. - Он устало покачал головой. - Мэгги, и как мы только дошли до жизни такой?

- Я... я не понимаю, о чем ты.

- Не понимаешь! Послушай, мы не живем вместе уже пять лет. Да, я помню, сколько. Давай дадим друг другу несколько дней, чтобы привыкнуть, хорошо?

Тогда, может быть, мы сможем поговорить о том, ради чего приехали сюда.

Он оперся ладонями о ее колени, собираясь встать, и вдруг убрал руки. Она прикусила губу и замерла.

- Мэгги...

- Не смей меня так называть! - взорвалась она.

На мгновение ей показалось, что он сейчас ответит резкостью, но Джесси лишь пожал плечами.

- Как скажешь, Маргарет. Так ты согласна заключить перемирие на день-другой? Нам нужно посоветоваться о многих важных вещах. Нельзя же все время цапаться по пустякам.

- Цапаться по пустякам... - медленно повторила она. - Так вот как ты это воспринимаешь?

- Да. Впрочем, не имеет значения, как это называть. Нам надо принять действительно важные решения, но мы не сможем этого сделать, если не будем честны и открыты друг перед другом.

Обсудить важные вещи... принять решения... честны и открыты... - мысленно передразнила его Мэг.

Как я могу быть честной и открытой с ним? Я и с собой-то не бываю, с грустью вдру...

... яростью принялась за уборку. Через каких-то полчаса руки ее стали шершавыми от едкого моющего раствора, разведенного в ведре, а глаза покраснели от копоти, летевшей от плиты. Во всяком случае, ей хотелось так думать.

Она драила ванну до того, что повредила на ней эмаль; она сломала ноготь, отчищая раковину в кухне; она вытряхивала коврики, и пыль летела ей в глаза, в рот и на волосы. А Джесси все не возвращался.

Он вернулся только в полдень.

Мэг сидела за столом, обхватив голову руками, когда услышала, как подъехала машина. Джесси вошел в дом, и она устало взглянула на него. Она хотела сохранять спокойствие и рассудительность. Она пыталась убедить себя в том, что у нее это получится.

Но когда Мэг увидела, что вид у него обеспокоенный, и роняла, что он отлично знал, как сильно она будет расстроена, все ее благие намерения тут же улетучились.

- Ты, жалкий, лживый... ковбой! - выкрикнула она в сердцах.

Он вздрогнул, как от удара.

- Послушай, подожди минуту, не срывайся с цепи...

- Минуту?! Я прождала несколько часов! - Она вскочила, упершись руками в стол. - Ты помнишь, что мы собирались поговорить с самого утра?

- Конечно, помню. - На его лице появилось знакомое непробиваемое выражение.

- Ну и что?

- Что - ну и что?

- Не слышу объяснений! - Она запустила руку в волосы и старалась сдержать дрожь. - Господи, я так и знала! Почему я только позволяю тебе так со мной поступать?

- Да пог...

... он, - ответила за нее общительная дама. - Домой, в Бостон.

Мэг улыбнулась:

- Нет, на самом деле.`

- Слушаю с нетерпением!

От резкого голоса Джесси по телу Мэг пробежала дрожь. Она не успела ничего ответить, как он схватил ее за плечо и повернул к себе. Она смотрела в его гневное лицо, милее которого для нее в мире ничего не было, несмотря на угрожающе сдвинутые брови и разъяренный вид.

- Джесси! - едва смогла прошептать она.

Он сдавил ее плечо.

- Тебе не нужен билет.

- Но я...

- Замолчи и поцелуй меня.

Он с такой жадностью припал к ее губам, что у Мэг чуть не подкосились ноги. Ослабев, она прильнула к нему, сознавая только одно: он совершил невозможное - приехал за ней.

Джесси глубоко вздохнул и оторвался от ее губ.

- Мне это было необходимо. Пойдем отсюда.

Она помотала головой, будучи не в силах сказать ни слова. Джесси угрожающе подался вперед.

- Даже и не думай об этом, - сказал он тоном, не допускающим возражений.

- Если ты поедешь в Бостон, я поеду за тобой. Я тебя найду даже на краю света.

Мэг опять помотала головой, пытаясь сказать, что такие крайние меры не понадобятся, поскольку она никуда не едет. Но она была все еще в шоке и не могла найти слов.

А Джесси истолковал это по-своему.

- Послушай меня! Мне понятно, отчего ты взбесилась, но я не позволю тебе еще раз от меня уехать.

Он говорил так отчаянно, что пораженная публика прекратила всячес...