... Мэг вылила сладкий чай из своего стакана в раковину и налила воды.

- По крайней мере теперь я спокойнее переношу твои странности - в еде, - заметила она, снова садясь к столу. - И в доказательство своих честных намерений утром приготовлю завтрак.

Джесси откинулся на спинку стула с удивлением, показавшимся ей притворным лишь отчасти.

- Не могу дождаться. Том Ти завез сюда целых три сорта консервированных каш, так что с голоду мы не умрем.

Мэг могла бы рассердиться на эту насмешку, но почему-то не рассердилась.

Она лишь презрительно наморщила нос и снова взялась за вилку, почувствовав вдруг волчий аппетит.

- Ну, и чем же мы будем здесь заниматься, чтобы не сойти с ума от скуки?

- поинтересовалась она между двумя кусками сосиски.

- Уж наверняка не тем, чем в прошлый раз, - бросил в ответ Джесси.

У Мэг тотчас вспыхнули щеки. Он во всем ищет двойной смысл... Черт бы побрал двух старых заговорщиков! Аппетит снова пропал, и она отодвинула тарелку.

- Мне что, нужно контролировать каждое свое слово? - сердито спросила она.

- Думаешь, получится? - Джесси потянулся за ее тарелкой.

- Я и стараться не хочу, - ответила она, наблюдая, как он ест ее вилкой из ее же тарелки. - Со стороны моего деда и Тома Ти это было просто свинство.

- А с их точки зрения, они поступили правильно.

- Ты их защищаешь?

- Вот уж нет! Но я понимаю, почему они так сделали. Они беспокоятся за Рэнди. Не меньше, че...

... ваний, и они оказались внутри.

Все закончилось благополучно. Когда Джесси остановился, толпа приветствовала его радостными криками. Юношеский голос запел:

- Вперед, ковбой!

И остальные дружно подхватили песню.

Джесси вскинул голову и сверкнул белозубой улыбкой. Сдернув с головы шляпу, он замахал ею.

Толпа ответила ревом.

У Мэг так стучало сердце, что трудно было дышать. Она никогда не ощущала такого волнения толпы, даже во время родео. Впервые она поняла, почему многих женщин так притягивают ковбои, и поспешила на трибуну.

Джесси был неотразим. Мэг поняла, что ему было совсем не трудно справиться с этим жеребцом и теперь он решил дать людям то, чего им так хотелось, - зрелище. Когда гнедой перестал взбрыкивать, Джесси послал его в галоп. Проскакав От одного конца арены до другого, он остановил коня, заставив его буквально замереть на месте. И вскоре животное стало послушно выполнять прыжки вправо, влево, чуть ли не назад - словом, все, что вздумается всаднику.

Еще раз взмахнув на прощание шляпой, Джесси удалился под гром аплодисментов. Он остановил гнедого прямо перед Мэг, его серые глаза сияли.

От тела исходили возбуждение и сила. Казалось, он, словно средневековый рыцарь, ожидает знака ее благоволения.

Повинуясь внезапно проснувшемуся инстинкту, она развязала ярко-голубую ленту, служившую поясом ее сарафану, и взмахнула ею.

- Ты был великолеп ...

... Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова из-за переполнявших ее чувств.

- Я ошибался. - Он резко вскинул голову, и в его глазах она смогла прочитать всю глубину его чувства. - Я хочу, чтобы ты вернулась при любых обстоятельствах.

И наконец он сказал те слова, которые она хотела услышать больше всего:

- Ты нужна мне, Мэгги. Я больше не хочу без тебя жить.

Он обнял ее, прижал к себе и поцеловал.

Мэг обхватила его руками и снова отдалась во власть наслаждения. Именно здесь ее место сто - в объятиях единственного человека в мире, чья любовь для нее как праздничный фейерверк.

Джесси поднял голову, и она смутно почувствовала, что на них с явным одобрением смотрят все вокруг: от сияющих кассиров до спешащих мимо улыбающихся пассажиров. Мэг почувствовала, что краснеет, но на этот раз скорее от гордости, чем от стыда. Она заглянула ему в лицо.

- Я люблю тебя. И теперь наконец уверена, что ты меня тоже любишь.

Он улыбнулся:

- Вот это точно! - и схватил ее за руку. - Пойдем отсюда, дорогая.

- Следующий! - громко выкрикнул кассир.

- Подожди минутку. - Она беспокойно взглянула на очередь, не давая себя увести. - Мне нужно...

Джесси опустил руки и отступил назад. Он был совершенно ошеломлен.

Однажды она видела у него такое же выражение лица, когда лошадь ударила его в солнечное сплетение.

- Если ты меня любишь, то почему все еще стоишь в этой очереди? - взревел он.

Те из пассаж ...