... Временами, когда ей было особенно плохо, Верити начинало казаться: смерть Эдварда была каким-то чудовищно жестоким наказанием за то, что она так и не набралась мужества сказать себе правду о своих чувствах.

Что же касается Люка Гарсии, то он действовал на нее так, что ей становилось невыносимо стыдно, и она не находила сил заставить себя понять, в чем тут дело...

- За последние двенадцать месяцев благодаря Люку дела фирмы пошли резко в гору - на целых триста процентов! - выпалила она с совершенно неуместным возмущением. - Теперь мне с ним до конца жизни не расквитаться!

Сара насмешливо приподняла брови.

- Значит ли это, что ты собираешься отказаться от такого чудесного предложения совместить отдых с выгодной работой? Да ты что, Верити, дорогая?

Верити запустила пальцы в волосы и рассеянно поднесла ноготь большого пальца к зубам, но, вспомнив о зароке, данном самой себе на Новый год, решительно сунула руку в карман бежевого купального халата.

- Не знаю, и все тут... Не знаю, что и думать. Зачем ему все это?

- Да что гадать? - в голосе Сары уже чувствовалось раздражение. - Может, он решил преподнести тебе сюрприз! Ведь одиннадцатого у тебя день рождения, не забыла? Раз уж он платит, то я бы на твоем месте даже и не думала, а попыталась бы получить максимум удовольствия!

- Не могу, ну как я брошу все на тебя? Это несправедливо.

- Глупости. `Верити Лейси Кейтеринг` - это твоя идея. Именно ты нача- ...

... равился к бару, а Верити осталась одна, наблюдая за музыкантами и танцорами, но почти ничего не видя. Надо бы потихоньку уйти и закрыться в своем домике. Но нет, она не в силах подняться, в ней не осталось ни капли энергии. Она все еще чувствовала на груди обжигающее прикосновение его губ и пальцев, у нее все еще сводило тело от подавленного желания. Но почему сейчас она чувствует себя заведенной вдвойне? Почему настолько неприятным оказалось упоминание о прошлой семейной жизни Люка?

Непроизвольно на глаза навернулись слезы. Она была беспомощна и полностью сбита с толку своими собственными чувствами. Вдруг за спиной раздался мужской голос:

- Верити! Вот так сюрприз!

Голос ей показался знакомым, но каким-то чужим.

Она резко обернулась и, не веря своим глазам, увидела Эллиота Грозвенора, собственной персоной, блиставшего в белом тропическом костюме с веточкой белых гибискусов в петлице, с бутылкой шампанского в одной руке и подарком, завернутым в розовую бумагу, в другой.

- Эллиот! - В замешательстве она смотрела на него широко раскрытыми глазами. - Эллиот! Что ты здесь делаешь?

- У нас было назначено свидание, верно? - пожаловался он комически, вытаскивая носовой платок из кармана, промокая лоб и садясь рядом с ней на стул. - Вот я и прилетел, обеднев на пару тысяч фунтов стерлингов, опоздав к ужину, но все-таки вовремя, чтобы поздравить тебя с днем рождения, Вериги, дорогая!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТА...

... акрывает ставни. И когда он обернулся, она уже была готова к отпору, придя в себя за те несколько секунд, что оказалась вне сферы его физического влияния.

Взглянув в ее глаза, Люк все понял. Освободившись от его объятий, она ужаснулась тому, что между ними произошло. Ее трясло. Стоило ему сделать шаг к ней навстречу, как она резко отступила назад и едва не упала, наткнувшись на кровать. Она быстро закуталась в шелковое покрывало, стискивая стучавшие зубы.

Люк с белым лицом и весь дрожа сделал еще один шаг. Это становилось похожим на игру в кошки-мышки.

- Вериги... - тихо, с едва заметной, разрывавшей ее сердце на части дрожью в голосе сказал он.

- Нет, Люк, не могу, не могу, и все... Не могу! - на высокой ноте выкрикнула она.

- Прекрати! - оборвал он. - Dios, Вериги! Не смотри на меня как на зверя. Я не собираюсь тебя насиловать.

Слезы невольно навернулись ей на глаза, к горлу подкатил ком. Она отвернулась и закрыла лицо руками.

- Уходи, Люк... пожалуйста, уходи!

- Ты уверена, что хочешь прогнать меня? - сердито спросил он, подходя к ней сзади. - Хочешь продолжать разыгрывать безразличие?

- Все равно из этого ничего не получится, это ведь только секс. Чисто физическая реакция, и все! - всхлипывая, пробормотала она.

Люк нежно взял ее за плечи, развернул к себе и обнял, прижав ее щекой к своей груди. Она услышала глухие удары его сердца, почувствовала еще не ослабшее напряжение железных мускулов...