... тавая, сказал Джордан, как раз в ту минуту, когда Джайлз Престон снова потянулся за шампанским. - А потом я отлучусь на время. Вернусь чуть позже.

- Как насчет того, чтобы выпить еще бокальчик шампанского? - спросил отец с улыбкой, к удивлению Кэсси.

- Один бокальчик можно, - согласился Джордан, - но после мне действительно нужно уйти. - Как только шампанское было разлито, он тут же поднял свой бокал и, глядя прямо Кэсси в глаза, четким и твердым голосом, от которого у нее по спине поползли мурашки, произнес: - За мою будущую жену! - Что-то в его интонации вдруг встревожило Кэсси, ничуть не меньше, чем весь этот тщательно подготовленный фарс. Однако Джордан еще не закончил. Посмотрев на Лавинию, он спокойно добавил: - И за мою будущую тещу!

Лавиния осталась на высоте, ведь недаром она актриса, притом замечательная, одна из лучших. Лишь щеки у нее слегка порозовели и улыбка была чуть напряженной. Статус тещи подразумевал вполне определенный возраст, и Кэсси нутром чувствовала, что ее мать не из тех, кто способен безропотно проглотить подобную `пилюлю`.

Кэсси быстро вышла следом за Джорданом к машине и, как только они очутились вне пределов слышимости, сердито набросилась на него:

- Куда это, черт возьми, вы собрались? Хотите оставить меня одну?

- Паниковать не стоит, - спокойно сказал он. - Я просто намерен зарегистрироваться в той большой гостинице на окраине деревни. Общество Луиджи мне в больших до...

... а.

- Мне нужно поставить цветы в воду, - уклончиво сказала она, не в силах справиться со своими новыми чувствами.

- Чуть позже. - Взяв у нее цветы, он открыл дверь спальни. - Будьте паинькой, и в вашей жизни случится много приятных вещей! - В ответ на удивленный взгляд Кэсси он неожиданно по-мальчишески улыбнулся. - Любимая поговорка моей мамы, - признался он. - Таким образом ей удавалось сладить со мной, когда я был озорным, неуправляемым сорванцом.

- Ну и как, эти ожидания были оправданы? - неуверенно спросила Кэсси, впервые в своей взрослой жизни чувствуя себя в буквальном смысле маленькой девочкой, тем более что стояла сейчас перед ним босиком.

- Неизменно, - твердо сказал он. - Моя мать никогда не лжет!

Кэсси послушно побрела к постели, все еще явственно слыша его слова.

Ее мать лгала постоянно! Лавиния Престон не останавливалась ни перед чем, чтобы заполучить предмет своих желаний, ей было неважно, что проигравшей могла стать ее собственная дочь. Внезапно Кэсси поняла, что обида и боль приняли какой-то новый оттенок. Теперь ее больше не волновало, что мог сказать или сделать Луиджи. Его поступки вызывали в ней только удивление и отвращение. По сравнению с Джорданом он был так мелок и незначителен. Мягкость, которая так нравилась ей в нем когда-то, оказалась на поверку слабостью. В Джордане тоже была мягкость, но без малейшего признака слабости. Он был нежен и мягок с родителями, мягок и ласков с ...

... я. Я не обращала на него внимания, но в конце концов его назойливость стала мне надоедать. К тому же мне стало любопытно, откуда у него деньги, чтобы оплачивать счета в ресторанах. Я, как ты знаешь, предпочитаю дорогие рестораны. - Она вновь опустилась на стул. Кэсси тоже села, внезапно почувствовав слабость в ногах.

Джордан подошел и уселся на подлокотник Кэссина кресла; положив руку ей на плечо. Лавиния бросила на них быстрый взгляд и продолжила:

- Я была заинтригована и осторожно навела справки. Оказалось, что Луиджи Розато, этот маленький актеришка с большими претензиями, игравший незначительные роли в итальянском театре, добывал себе средства существования, продавая наркотики!

Кэсси побелела как мел. Заметив это, Джордан успокаивающе сжал ее плечо, а Лавиния между тем рассказывала дальше:

- Вероятно решив, что ничего не выйдет и моего покровительства ему не дождаться, он внезапно исчез, чему я была искренне рада. Представьте же себе мое удивление и досаду, весь мой ужас, когда я вновь увидела его, и с кем? С моей собственной дочерью! - Она вскочила и нервно прошлась по гостиной, вовсе не заботясь о впечатлении, которое производит на зрителей, и дрожащим от ярости голосом продолжала: - Как я во время тех каникул следила за каждым твоим шагом, девочка моя! Я ужасно боялась, что он и тебя приучит к этой дряни. Сам он не принимал наркотики, но за их счет жил на широкую ногу и к тому же платил за обучение в колледже ...