... л в сторону пыль и дым, стало ясно видно, как в страхе, бросая раненных, оружие, пулеметы, немцы стремительно побежали назад.

- Так их! Бей! - в азарте орал Зуев.

В это время откуда-то сбоку выскочила конница и, длистая обнаженными шашками, легко и стремительно бросилась на поддавшегося панике врага.

Немцы падали на колени и поднимали руки вверх, моля о пощаде.

Разгром немцев у Гумбинена был полный и русская пехота бросилась преследовать врага. На шоссе остались раненные и появившиеся с тыла санитары. Обстрел на время прекратился. Артиллеристы-разведчики вместе с прочими солдатами занялись сбором трофеев. Брали они только оружие, бинокли, компасы, офицерские сумки, часы. Зуев обшарил трупы нескольких офицеров и забрал все документы, которые при них оказались.Подобрали несколько остроконечных черных лаковых касок, на которых сверху были надеты серые, защитного цвета, чехлы.

Пока другие занимались сбором трофеев, Блохин внимательно разглядывал ладони, шрамы и мозоли на руках немецких солдат.

- Что ты там искал? - удивленно спросил его Лежнев, видя, что Блохин вернулся с пустыми руками.

- Правду! - мрачно буркнул Блохин.

- И нашел ее? - насмешливо справился Зуев.

- Нашел, - с вызовом ответил Блохин.

- Что же это за правда такая? Расскажи нам о ней, - попросили его.

- Правда эта в том, что не нужна эта война ни рабочим, ни бедным крестьянам! Только б...

... ал проверку и переделку иностранных пушек.

- Атака сверху отбита, - посмеивался Вася Зуев.

Но вскоре последовала атака `снизу`. Московская охранка не дремала.

Зная о наличии большого числа политически неблагонадежных солдат во вновь вормируемых частях ТАОНа, она сделала внезапный налет на батарею Борейко.

Капитан успел сообщить об этом Зуеву, и вся нелегальная литература была быстро спрятана в секретном сейфе. Обыскав всю батарею, жандармы ничего не нашли. Обозленные неудачей, они отправились с жалобой к Али Ага Шихлинскому.

Генерал предложил им намедленно убираться из района расположения вновь формируемых батарей.

- Все, что делается у нас, весьма секретно, и вам нечего сюда совать нос. Если еще раз появитесь, арестую как немецких шпионов, - предупредил опешивших жандармов генерал.

Через несколько дней на отдаленном посту у порохового погреба часовой - солдат батареи Борейко - подстрелил неизвестного солдата, проходившего в ночное время мимо пгреба. Началось следствие.

По материалам, которые батарея представила в штаб, было очевидно, что солдат был убит за нарушение непреложного правила военного времени - он подошел, несмотря на предупреждение часового, к охраняемому секретному объекту. Когда же в расследование этого вмешались жандармы и повели свои допросы с пристрастием, всем стало ясно, что у порохового погреба подстрелили жандармского агента.

Вскоре от солдат других ...

... - Ось, бачите, хлопцы, як немцев молотят наши гарматы. Он, бисова душа, наверно, полные штаны наклал со страху. Когда артиллерия разобьет окопы, мы пойдем в атаку.

Узнав о ранении Борейко, полковник всполошился:

- Что же мы без головы будем делать? Такой храбрый и толковый офицер!

Как жаль, что он вышел из строя! Борейко не из украинцев?

- Нет. Русский. Ранен не очень серьезно, обещал вскоре опять принять бразды правления в свои руки, - сказал Кремнев и пошел дальше.

На передовом наблюдательном пункте артиллеристы расположились со всеми удобствами. Прочно прикрепили стереотрубу, проверили связь с батареей и точно в семь утра дали первый выстрел. Быстро пристреляв все шесть орудий батареи, капитан начал разрушать проволоку. Рядом с огромными фонтанами тяжелых снарядов разрывы легких батарей казались совсем незначительными. Кремнев даже усомнился: сможет ли он при таком слабом фугасном действии своих снарядов выполнить поставленную перед ним задачу?

- Не сомневайтесь, Александр Васильевич, пробьем проходы как следует, - утешал Павленко своего командира.

Вскоре к ним подошел Хоменко.

Бояровскому повезло: тяжелый снаряд упал как раз в проволочном заграждении и одним ударом устроил такой широкий проход, хоть на тройке проезжай, - сообщил он. - Сейчас он заканчивает уже второй, тогда приметься за один из ваших.

- Мы сами, папаша, справимся с ним! - вспыхнул Кремнев...